Иногда нужно было почти нести дѣвушку -- такъ было круто. Подвигъ былъ трудный; но въ 20 лѣтъ, подъ зноемъ солнца, въ зеленой тѣни лѣса, какъ онъ сладокъ! Было еще далеко до дна, какъ Варя остановилась на площадкѣ, покрытой вѣтвями рябины.
-- Устали? спросила она, стыдливо смотря на юношу. Стукъ телегъ и говоръ голосовъ совсѣмъ умолкъ.
-- О, нѣтъ, нѣтъ! отвѣтилъ тотъ:-- я нисколько; а вы, Варя, устали? спрашивалъ молодой человѣкъ, смотря на волнующуюся грудь дѣвушки.-- Сядьте!-- И Озеровъ поцаловалъ пуховую ручку спутницы. У Вари сжалось сердце, но она сѣла. Оба смолкли.
-- Пойдемте, немного погодя молвила Варя:-- пойдемте; а то мы отстанемъ.
Николай Михайловичъ помогъ встать Варѣ и опять стали спускаться, держась за деревья и за высокую траву. Черезъ нѣсколько минутъ они были уже на днѣ оврага.
-- Благодарствуйте, сказала Варя, подавая руку Озерову, которую тотъ снова крѣпко поцаловалъ. Варя быстро побѣжала къ дорогѣ уже по ровному лугу и даже опередила телегу.
Дорога пошла по зеленому дну оврага; она то прижималась къ рѣкѣ, то придвигалась къ берегу. Мѣста были дѣйствительно чудныя. Берега или зеленѣли кустарникомъ, или висѣли глинистыми скалами, изъ которыхъ выпячивались сѣрые камни и корни деревьевъ. Вверху постоянно чернѣлъ дремучій лѣсъ. При малѣйшемъ возвышеніи открывалась необъятная даль оврага, съ сверкающею рѣкою.
-- Эка высь! вскрикнула Лукерья Степановна.-- Нянька, поди-ка, сбѣгай, тамъ грибовъ-то много.
-- Сбѣгай-ко сама, проворчала себѣ подъ носъ нянька.
Лѣвый берегъ обрывистой и песчаной скалой висѣлъ надъ путниками. Вверху огромный пукъ сосенъ росъ почти горизонтально съ дномъ оврага, покрывая всю скалу густою тѣнью. Казалось, первый же вѣтеръ вырветъ этихъ великановъ изъ песчаной почвы, но много бурь пронеслось надъ ихъ вершинами, а сосны все шумѣли колючими лапами. Выше ихъ подымалась гора, сначала покрытая лѣсомъ, а потомъ голая, сѣрая, точно обсыпанная пепломъ.