-- Да все такъ какъ-то, Поля, все невесело на душѣ-то.
-- Отчего это, голубушка, Варвара Александровна?
Варя замолчала, а Поля продолжала:
-- Ну, разъ и перепугали же вы меня, Варвара Александровна. Ахъ, ты боже мой! Вспомнить даже ужасно. И Поля захохотала, закрывъ лицо руками.
-- Когда Поля, помилуй?
-- Да помните -- какъ вы барина-то демидовскаго привели на омутъ? Ахъ, Господи! только что я вышла изъ воды -- смотрю, а вы-то съ нимъ и стоите!
-- Поля, такъ неужели это была ты?
Варя вспомнила тотъ странный случай, о которомъ до сихъ поръ она не могла вспомнить безъ болѣзненнаго чувства: эти черные и неподвижные глаза и странный блескъ мѣсяца на бѣломъ лицѣ. Она, молча, смотрѣла на полинъ профиль, наклоненный къ пяльцамъ; но когда та, не безъ цѣли заговорившая объ этомъ, подняла голову и устремила свои большіе и глубокіе глаза въ робкое лицо барышни, Варя почувствовала дрожь въ тѣлѣ и трепетъ сердца. Она не вынесла этого взгляда и наклонилась къ пяльцамъ.
-- Зачѣмъ же ты тамъ была, Поля?
-- Да купалась, отвѣтила та.-- Днемъ-то нельзя, народу многу, а жарко было таково.