Отвѣта не было. Юноша наклонился къ лежащей дѣвушкѣ и почти въ ужасѣ смотрѣлъ на блѣдныя черты ея лица. "Жива ли она?" думалъ Озеровъ. Наконецъ онъ рѣшился взять ее за бѣлыя плечи. Поля вздрогнула.
-- Это ты, Поля?
Вмѣсто отвѣта, Поля подняла свои бѣлоснѣжныя руки и, обвивъ ихъ вокругъ шеи юноши, страстно прижала его къ своей груди.
Туча, давно двигавшаяся съ востока, заслонила луну, и лѣтняя мгла покрыла звѣзды, воду и берегъ...
X.
Любовь! Кто не знаетъ этого пѣвучаго, благодатнаго чувства? Кому неизвѣстны безконечно-милыя и безконечно-многія потрясенія, скрывающіяся въ этомъ чудномъ чувствѣ! Рѣчи безъ значенія! но иной разъ смыслъ цѣлаго міра не сравняется съ этими рѣчами безъ значенія; мгновенія, равныя цѣлой вѣчности, такъ что однажды спросилъ поэтъ:
Что ты, дивное мгновенье --
Вѣчность или мигъ?
Отчего же не такъ поешь это райское чувство ты, русская пѣсня? Отчего въ любви твоей слышатся стоны да стоны, тоска да тоска, разлука да измѣна молодецкая? Отчего тамъ человѣкъ будто сторонится или гибнетъ отъ этого чувства? Отчего тамъ только и слышно:
Милъ! навѣки отъ тебя