-- Дивно -- дѣло, ребята,-- изумлялся въ потемкахъ чей-то хриповатый басъ.-- Бывалыча объ эту пору семой сонъ видишь; какъ сумеркнется, не чаешь до печи дорваться, а сейчасъ ни въ одномъ глазу сна нѣту!
-- Ка-кой тутъ сонъ, малый? Эдакія дѣла... сроду ничего такого не было...
-- Воспомянули про мужика-то!-- торжествующе звенѣлъ другой, тонкій и язвительный голосъ.-- Не все шкуру съ него драть, надоть и его спросить, какъ государствомъ управить. Тоже не лапоть, стало быть, съ ноги не скинешь... 100 милліеновъ.
-- Да то-то!.. Будя за глотку-то дяржать, послухай, что и мы скажемъ! Не все земскому за насъ отвѣтствовать, небось, не нѣмые, отпечатаемъ.
-- А ловко дѣвочка-то разъясняетъ! Куда Ляксанъ Ляксаньгчу!.. Такъ все на ладонкѣ и выложитъ! Поди-жъ ты, лядащая какая, невзрачная, а смѣлая -- страсть!
-- А може, обманъ все?-- спросилъ кто-то нерѣшительно и съ боязнью.
-- Какой обманъ -- дура! Ежели бы манули, а то прямо говоритъ: на себя надѣйтесь! Что сами міромъ рѣшите, то и свято.
-- Вѣрно, чаго тамъ! Дѣло говорятъ. Дружка за дружку держитесь, по-братски... Въ союзѣ, стало быть. И про землю тоже вѣрно: обчая земля.
-- А ежели у кого вѣчная, тогда какъ?
-- Все едино: сколько можешь обработать, столько и бери, а лишки въ общество для нуждающихъ... Нахапать то не дадутъ, это облопаешься!..