И, обернувшись къ кому-то, сидящему въ глубинѣ комнаты, учитель добавилъ со смѣхомъ:
-- Вотъ она, власть земли-то! Совсѣмъ, было, звѣренка приручилъ, а вотъ пожилъ вольной жизнью, у костровъ, подъ открытымъ небомъ, и опять исподлобья глядитъ!
Еще болѣе смущенный и обиженный Яфанъ вошелъ въ школу и совсѣмъ сконфузился. У стола за самоваромъ сидѣла барышня и смотрѣла на него большими любопытными глазими.
-- Ну вотъ, это мой самый интересный ученикъ,-- сказалъ учитель.-- Поглядите, какой: снаружи черной землей обросъ, а внутри настоящее золото!
Яфанъ, какъ во снѣ, почувствовалъ крѣпкое пожатіе маленькой, мягкой и нѣжной руки, какъ во снѣ, принялъ протянутый ему стаканъ съ чаемъ, наскоро, чуть не давясь, выхлебалъ его и сказалъ скрипучимъ, запрѣвающимъ въ горлѣ голосомъ:
-- Я, Ляксанъ Ляксанычъ, пойду теперя... Може, опосля когда...
Но къ нему протягивался уже другой стаканъ чаю, и опять надо было его пить, опять давиться, проклиная въ душѣ и барышню и Ляксана Ляксаныча, который поставилъ Яфана въ такое дурацкое положеніе. А учитель, какъ на зло, ничего этого не замѣчалъ, расхаживалъ по комнатѣ, хохоталъ и безъ умолку разговаривалъ съ барышней, которую называлъ Маріей Ивановной. Яфанъ никогда еще не видалъ его такимъ веселымъ. "Жениться, должно, хочетъ"!.. думалъ онъ, враждебно поглядывая на барышню. Она ему не нравилась: худая, тонкая, одѣта, какъ монашенка, въ узкое черное платье съ ременнымъ пояскомъ; лицо у нея было бѣлое, точно мука, волосы желтые, стоятъ на головѣ копной, а глазища большущіе, тоже желтые, такъ и сверкаютъ, такъ и впиваются въ тебя, чисто гвозди! "Ну, ужъ нашелъ тоже... Марью Ивановну"!-- ревниво продолжалъ думать Яфанка, и горько ему стало, что кончились теперь ихъ уютные вечера, что уйдетъ теперь отъ него Ляксанъ Ляксанычъ съ своей желтой, глазастой Марьей Ивановной. Уже при ней будетъ не то; не просидишь до полуночи, не побесѣдуешь, какъ бывало... баба, чего она понимаетъ? И Яфанъ рѣшительно поднялся.
-- Ну, пойду я, Ляксанъ Ляксанычъ. Прощавайте!
-- Да куда же ты? Посидѣлъ бы; вотъ Марья Ивановна съ тобой поговорить хотѣла.
-- Нѣтъ ужъ... Благодаримъ покорно за чай, за сахаръ...