Советник пошел пешком и на углу улицы догнал одного из асессоров губернского правления.
-- Павел Дмитрич, -- кричал он,-- Павел Дмитрич! Имею честь поздравить: как вас честят нынче!..
-- Это что значит?
-- А вот сейчас Сушкин говорил. И положиться-то, говорит, ни на кого нельзя, и проку-то ни в ком нет, и на всех рукой махнуть надобно...
-- Да что он, с ума, что ли, сошел?
-- Нет, а просто озлился, что Щекоткина, а не его в уголовную палату хотят выбрать.
-- Ну, признаться вам сказать, -- оба хороши. Щекоткин этот тоже продувной! Он только что смотрит этаким, а сам себе на уме. Вот уж кому палец-то в рот не кладите. Знаем мы его, часто в правлении-то такие штуки сочинит, что черт знает просто... бьются, бьются. А все из-за чего? Чтобы слупить что-нибудь. Недаром деревню-то нажил.
-- Да еще и другую наживет, Павел Дмитрич. Дайте ему только в председатели-то попасть.
-- Желал бы я знать, кто его туда пустит? Если бы у меня было пятьдесят шаров в руках, все бы ему, каналье, черные положил.
Общее мнение было, следовательно, неблагоприятно для Александра Григорьича. Не надеясь изменить его в свою пользу, он не дал даже ни одного обеда перед выборами и не сделал ни одной вечеринки. За несколько дней до открытия выборов губернский предводитель давал бал, так как время было праздничное -- святки. Тут собралось все благородное дворянство покорское, и, между прочими разговорами, зашла было речь и о Щекоткиие. Все отзывались о нем невыгодно и расположены были явно против него. Появление в гостиной самого Александра Григорьича помешало, впрочем, дальнейшему продолжению совещания, и многие думы остались невысказанными. Между тем Щекоткин, не теряя времени даром, немедленно начал разговор о предстоящих выборах, начал хвалить губернатора и ругать неопытных молокососов, потом перешел к уголовным делам и наконец прямо спросил окружающих, неужели они не захотят понять своей пользы и не выберут его на место, на котором никто лучше его сидеть не сумеет? Общество смутилось и ответствовало молчанием. Щекоткин, оставив общую атаку, попробовал сделать частные нападения.