При людях как-то мне неловко и конфузно, --
Как будто кто передо мной
Показывает гузно.
Стихотворение: "Он при Уварове-французе" тоже принадлежит Данилевскому, и последний куплет его имеет следующий вариант:
Он повернул свой парус дерзкий
И стал доносчик богомерзкий
На просвещенье, светлый крин, --
Науке русской сукин сын.
6 января
Б <?>37 рассказал мне о том, каким образом еще в недавнее время принимали в Харьковский университет. Там постоянно назначали для приемного экзамена одних и тех же профессоров, и профессора эти -- старички большею частью -- очень хорошо умели пользоваться случаем. Иные, поделикатнее, давали уроки новопоступающим, другие даже не совестились просто брать. Этому потакал и даже сам принимал в этом некоторое участие сам ректор -- Артемовский-Гулак. Но особенно отличался здесь профессор латинской словесности Лукьянович, воспитанник Главного педагогического института.38 Он, например, одному молодому человеку, который хотел просить давать ему уроки, сказал прямо: "Да, хорошо... а знаете, что у меня теперь дом достроивается, деньги нужны, -- принесите мне вперед сто рублей". Года два или три тому восстали против этого профессора Ходнев, Костырь, Каченовский, два Лавровских39 -- вообще все молодое. Чтобы поступить поделикатнее, решили составить комиссию экзаменаторов, в которую назначить уже не обычных профессоров, экзаменовавших прежде, а других. Лукьянович не хотел согласиться...