15 июня
С какою бы радостью увиделся я с Вами, моя милая тетенька, и с Вами, милые сестры мои! Как бы хотелось мне посмотреть на Вас, увериться своими глазами, что Вы все веселы и спокойны, что Вы привыкаете к своему настоящему положению... Но, к сожалению, миновало то счастливое время, когда я мог мечтать -- с окончанием своих занятий лететь в объятия родных, близких к сердцу моему. Теперь я должен оставаться один, среди людей, совершенно мне чуждых; потому что даже Галаховы, с семейством которых я так сроднился, уезжают отсюда в Нижний... Что делать? Буду заниматься, постараюсь, чтобы время мое не пропало даром. В минуту, когда я пишу к Вам, у нас продолжается экзамен из педагогики. Я только что ответил, и, как всегда, очень хорошо... По всем предметам, кроме французского и немецкого, я получил высший балл -- 5, а по этим языкам -- 4 1/2. Еще в пятницу, 17-го числа, будет экзамен из русской словесности, на котором, я не сомневаюсь, что тоже получу прекрасную отметку. Следовательно, могу Вам сказать уже, что я перехожу в 3-й курс... А все-таки еще два долгих года придется мне, может быть, страдать тем, что не могу еще приносить пользы семейству нашему. Постараюсь по крайней мере быть ему полезным впоследствии и -- как можно скорее. Стыдно мне было получить от Вас деньги; это показало мне все мое бессилие, всю ничтожность моего существования, дало мне увидеть, что я не только не могу помогать другим, а еще сам нуждаюсь в пособии. Грустно мне стало... Но надеюсь, что более я не буду таким образом беспокоить Вас. После каникул я наверное буду иметь уроки. Уже в мае месяце было у меня несколько уроков, только, к сожалению, они прекратились в начале июня, потому что мои ученицы отправились на дачу. В августе или сентябре постоянно будет у меня опять по два урока в неделю, по рублю серебром за урок. Этого для меня и будет достаточно... Ничего не стану Вам писать о своем житье в институте.
Письмо это Вы получите от Алексея Сергеевича Галахова, который сообщит Вам все,1* что знает обо мне. Другое письмо, при этом же прилагаемое, передайте тетеньке Варваре Васильевне. Скоро, по окончании всех дел наших,2* я буду писать Вам и им3* еще раз, припишу тогда несколько отдельных строчек и Ниночке с Анночкой. Напишу и Екатерине Петровне,4* только пришлите, пожалуйста, адрес ее... Недавно писал я к Катеньке. Я был у преосвященного Феодотия симбирского, который теперь в Петербурге. Он с большой похвалой отзывается о способностях и характере Катеньки, жалеет об ее болезни и обещал мне, для успеха в лечении, отправить ее на Сергиевские серные воды. Если Вы получите об этом какие-нибудь сведения, напишите мне: я еще раз отправлюсь к нему и попрошу, чтоб он исполнил это обещание. А что наш Ванечка? Выздоравливает ли? О Володе ничего не знаю. Мичурины5* не отвечали мне на два письма мои,2 несмотря на то, что я в обоих убедительно просил хоть двух строчек ответа. Пошлю еще третье на той неделе. Прощайте, милая тетенька.
Здравствуй и прощай, брат Михаил Иванович. Я знаю, что ты порадуешься моим успехам... Может быть, пришлю тебе книгу нашего акта,3 который будет в следующий понедельник, то есть 20-го числа.
Н. Добролюбов.
1* Алексей Сергеевич Галахов, сын Сергея Павловича и Натальи Алексеевны, был годами тремя или четырьмя моложе Николая Александровича. Он тогда учился в лицее и потому, после отъезда отца и матери, оставался в Петербурге до окончания лицейских занятий; теперь ехал в Нижний к отцу и матери.
2* Наших институтских.
3* Варваре Васильевне и Луке Ивановичу.
4* Захарьевой, у которой жила Лиза.
5* У которых жил он.