147. Е. А. ДОБРОЛЮБОВОЙ
2 августа 1858. Старая Русса
2 авг. Старая Русса
Милая моя Катенька! Ты, верно, на меня сердишься и думаешь, что я позабыл тебя. Вовсе нет, душечка. Я часто о тебе думал и писал о тебе к нашим, а к тебе писать все откладывал до времени, да так понемногу и протянул все время. Надеюсь, что ты простишь меня.
Ты не хочешь оставаться в симбирской епархии, и по моему мнению, моя милочка, ты делаешь хорошо. Довольно было того, что тебя воспитывали, когда ты не могла дома учиться. А теперь тебе вовсе нет надобности стеснять других, которые беднее тебя и более нуждаются в устройстве судьбы своей. А между тем и тебе гораздо лучше отдохнуть после ученья, пожить на свободе, посмотреть на людей, и если выходить замуж -- то по своей охоте и на своей стороне. Я уже писал к Васи лью Ивановичу, чтобы похлопотать о возвращении тебя в Нижний по окончании курса. Там ты могла бы жить с Ниночкой и заняться ученьем Лизы. Ведь ты знаешь, мой друг, что жена Василья Ивановича Елена Ефимовна отчаянно больна и едва ли долго проживет. Если же ее не будет, то Василью Ивановичу уже нельзя будет держать у себя Лизу. Вот и хорошо было бы, если бы вы соединились все около Ниночки. Володю я хочу взять к себе в Петербург и заняться его ученьем. Пора уже и ему приняться за дело.
Меня беспокоит только то, что золотуха твоя до сих пор еще не вылечена. Напиши мне, друг мой, лучше ли тебе по крайней мере против прежнего? Я здесь, в Старой Руссе, живу другой месяц и тоже лечусь от золотухи. Здешние ванны несколько помогают мне. Скажи мне, помогли ли тебе Сергиевские воды и где ты проводила нынешнее лето. Напиши мне также, в какое время у вас курс кончается и когда бы ты могла ехать домой из Симбирска? Пиши ко мне уже не в Старую Руссу, а в Петербург, по адресу: на Литейной, близ Итальянской, дом княгини Долгорукой, квартира No 19. Через две недели я буду опять в Петербурге, потому что леченье мое на этот год кончится. Может быть, приеду сюда и на следующий год. Если тебе нужно будет лечиться, то могла бы и ты приехать сюда, мой милый друг. Может быть, и тебе здешние воды принесли бы пользу.
При письме этом посылаю тебе пока десять рублей. Тебе, душечка, кажется, никто в этот год ничего не посылал, а ты ни разу и не сказала никому, не нужны ли тебе деньги... А ведь, верно, были нужны на что-нибудь, несмотря на то даже, что добрые благодетели твои Рудольф Павлович и Амалия Богдановна ни в чем не оставляли тебя. Передай им от меня мое истинное почитание и благодарность за все их попечения о тебе.
Желаю, моя милая, добрая Катенька, чтобы письмо мое нашло тебя совершенно спокойной, веселой и здоровой Пиши ко мне больше, описывай все подробнее, как умеешь. Я теперь буду отвечать тебе скоро. Прощай, моя Катенька, не забывай меня и не думай, что я тебя забываю.
Твой брат Н. Добролюбов.