Понятно теперь, что назначение его главнокомандующим ободрило федеральные войска, а недавний урок, полученный от неприятеля, расположил их послушно принять разные его нововведения, которые без того могли бы, пожалуй, показаться стеснительными. Мак-Клелланд завел в полках частные ученья, при помощи которых можно сделать отличных воинов из этих рослых и сильных людей, привыкших ко всякого рода приключениям и которым недоставало только военной сноровки... Занявши полки ученьем, Мак-Клелланд прекратил самовольные отлучки из лагеря. По его распоряжению, только в самых важных случаях возможно просить разрешения на отлучку у бригадного начальника и уходить непременно с билетом от него. Для наблюдения за исполнением этого постановления назначены особые лица во всех полках. Само собою разумеется, что и общая дисциплина делается при нем строже прежнего.
Самостоятельность действий Мак-Клелланда также много помогает их успешности. При нем нет беспрестанных ordres и contreordres, {Приказов и контрприказов (франц.). -- Ред. } что раз приказано, то держится; нет и беспрестанной гонки курьеров в разные стороны для испрашивания разрешений на ту или другую меру. Требования его от конгресса и президента всегда положительны, настоятельны и не встречают отказа.
До сих пор самые сильные требования с его стороны были -- о присылке подкреплений. И, судя по всем известиям, новые волонтеры деятельно собираются. Мак-Клелланд предполагает, между прочим, оставить вербовку волонтеров на три месяца, как вовсе непригодную в теперешних обстоятельствах, и вербовать новых волонтеров уже на три года. Офицеров положено подвергать серьезному испытанию.
Конгресс тоже не унывал и в самый день получения известия о поражении объявил, что Северные Штаты ведут войну не для завоевания Южных, а для поддержания ненарушимости конституции, но что никакое бедствие не сильно будет отклонить его от достижения предположенной цели и все возможные средства будут употреблены для усмирения и поражения мятежников.
В то же время на конгрессе утвержден закон о конфискации имений сепаратистских, находящихся в неотделившихся штатах.
Таким образом, поражение, о котором прокричали так много, не произвело на Севере никакого существенного расстройства, а еще принесло ему значительную пользу.
Вот из "Times'a" отрывок одного письма, писанного уже в то время, как впечатление от понесенной неудачи и принятых затем мер достаточно уже определилось.
Нью-Йорк, 6 августа
По мере того как разъясняются обстоятельства печального дела при Манассасе, становится все более и более очевидным, что сепаратистские войска потерпели больше, чем федералисты, несмотря на постыдное поражение и бегство последних. Их потери гораздо значительнее; особенно важно то, что они лишились гораздо лучших офицеров. Вообще они потерпели так много, что не могли воспользоваться своей победой и извлечь из нее какие бы то ни было выгоды. Между тем как они отдыхали, колебались и пополняли свои ряды, энергические и мастерские распоряжения генерала Мак-Клелланда возвратили расстроенным войскам правительства уверенность в самих себе. Если несведующие члены конгресса оставят его и покое, то он, конечно, раньше осени сформирует армию из тех превосходных материалов, которые он получил в виде толпы. Войска продолжают во множестве прибывать в Вашингтон. Лучшие нью-йоркские полки выведены из форта Монро и отправлены на защиту столицы... Северные Штаты также присылают войска почти ежедневно. Распоряжение об испытании офицеров поохладило усердие приобретателей полков, но зато солдаты обнаруживают двойную готовность идти в бой, видя, что правительство не хочет отдавать их на жертву неспособным начальникам, как было это сделано при Булль-Руне и Манассасе. Нет ни малейшего ослабления энтузиазма или решимости. Напротив, принятие командования генералом Мак-Клелландом возбудило новую уверенность в успехе и новый восторг.
После месяца споров и колебаний конгресс уступил наконец желанию нации насчет введения некоторых налогов...