(18 сентября
Третьего дня слыхал я, что преосвященного переводят от нас... Не верю, но если это правда, то мои заметки не поведут ни к чему, и выйдет совершенная глупость. А жаль: для психолога преосвященный Иеремия -- находка... Однако стану пока продолжать.)
20 сентября 1851 г.
Приехавши в город, он пошел тогда же в свою домовую церковь, выслушал там ектению u и потом пригласил к себе в комнаты тех, кто его встретил, и своего эконома, священника И. И. Орнатского. Не знаю, что тут было говорено, но замечательна следующая черта: по предложению эконома Орнатского он пошел было посмотреть свои комнаты, а священники оставались тогда в зале. При этом преосвященный показал редкую деликатность: посмотревши одну комнату и видя, что гости его не пошли с ним же, он и сам не пошел дальше, а воротился назад, сказавши, что после осмотрит, и занялся с тремя своими посетителями, которых, однако, держал недолго и отпустил, сказав, что пора успокоиться.
Прямо от преосвященного протоиерей Лебединский заехал к нам, чтобы посмотреть, что подарил мне преосвященный. Но он не застал меня, потому что я в тот же вечер пошел показать и рассказать все к моей тетушке и к одному из учителей моих -- Л. И. Сахарову.12
В пятницу, 16 февраля, преосвященный служил в соборе обедню, и в этот же день у него обедали все присутствующие консистории, два архимандрита наших13 и инспектор семинарии, иеромонах Паисий.14 Тогда еще дивились, почему не был на обеде благочинный П. И. Лебедев, и упоминали что-то о вмешательстве Лебединского, но я тогда не вслушался в это... За обедом преосвященный рассказывал, между прочим, историю несчастий одного сына, пошедшего против воли отца, и, обратясь к моему отцу и еще георгиевскому священнику И. А. Грацианову, заметил им: "Скажите это своим детям и внушите им, как должно повиноваться родителям".
Кроме того, за обедом говорил он о хохлах и утверждал, что это самый глупый, самый бестолковый, самый негодный народ. При этом он вдруг обратился к нашему ректору Аполлонию и сказал: "Ах, извините, отец ректор. Ведь вы тоже, кажется, малоросс..."Ректор, говорят, ужасно тогда взбесился... Тут же говорил он, что хорошо знаком и даже дружен с архимандритом Серафимом, 15 который был у нас в семинарии прежде ревизором и остался недоволен Аполлонием. Многие приняли это за намек, довольно колкий, нашему ректору, тем более что преосвященный много хвалил достоинства Серафима как ректора семинарии. На этом обеде заметили, что преосвященный воздержан, но вовсе не постник, и все предлагаемое ест и пьет, без отговорок, а равно и других всем потчует.
Sat sapienti. {Умный поймет (лат.). -- Ред. }
1853 г. июня 22