-- О, господи, господи, -- бормотал растерявшийся добряк, -- мне кажется, что... Вот уж, действительно, могу сказать... Мне кажется, что я вижу ее.
-- Глаза в особенности, -- продолжал Жак,-- всмотритесь в эти глаза, Пьерот.
-- А подбородок, господин Жак, подбородок с ямочкой,-- сказал Пьерот, поднимая абажур, чтобы лучше разглядеть меня.
Я ничего не понимал. Они рассматривали меня, подмигивая и делая какие-то знаки друг другу... Наконец, Пьерот встал и подошел ко мне с распростертыми руками.
-- Позвольте мне обнять вас, господин Даниель... Вот уж, действительно, могу сказать... Мне будет казаться, что я обнимаю Мадемуазель.
Это объяснило мне все. В то время я был очень похож на г-жу Эйсет, и Пьерота, который около двадцати пяти лет не видел ее, особенно поразило это сходство. Он смотрел на меня полными слез глазами, пожимал мне руки, обнимал меня; затем он заговорил о матери, о двух тысячах франков, о своей Роберте, о Камилле, об Анастажиле, и все так медленно, так обстоятельно, что мы, вероятно, никогда не вышли бы оттуда -- вот уж, действительно, могу сказать, -- если бы Жак, терявший терпение, не спросил:
-- А ваша касса, Пьерот?
Пьерот сразу умолк, смущенный своей болтовней.
-- Ах, да, вы правы, господин Жак, я болтаю... болтаю... а крошка... вот уж, действительно, могу сказать... крошка будет бранить меня, если я опоздаю.
-- А Камилла наверху? -- спросил Жак равнодушно,