Это железная односпальная кровать, совершенно такая же, как та, на которой мы спали вдвоем в Лионе на улице Лантерн.
-- А помнишь, Жак, нашу кроватку на улице Лантерн? Помнишь, как мы, ложась спать, потихоньку читали романы, и отец громко кричал нам из своей комнаты: "Сейчас же погасите свет! А то я встану!"
Жак помнит это и еще многое другое... Мы переходим от воспоминаний к воспоминанию, и бьет уже полночь, а мы еще и не думаем о сне.
-- Ну, довольно! Спокойной ночи! -- говорит Жак решительно.
Но через пять минут я слышу, как он задыхается от смеха под своим одеялом..
-- Чему ты, Жак?
-- Я вспомнил аббата Мику... помнишь, аббата Мику из церковной школы.
-- Ну ещё бы!
И мы снова смеемся, смеемся... и болтаем, болтаем без конца... На этот раз я оказываюсь разумнее брата:
-- Пора спать! -- говорю я.