-- Значит, -- проговорила она побледнев, -- вы предпочитаете, чтобы я опять ездила туда, от восьми до десяти, чтобы все оставалось по-прежнему...
...На это я ответил уже менее холодно:
-- Я ничего не предпочитаю... Я нахожу очень достойным ваше желание зарабатывать трудом свой хлеб и не быть обязанной щедрости господина "От восьми до десяти"... Я вам только повторяю, что не чувствую в себе ни малейшего призвания к сцене, и актером не буду.
...Эти слова её взорвали.
-- А! Ты не хочешь быть актером?.. Чем же ты будешь в таком случае?.. Не считаешь ли ты себя поэтом?.. Что?.. Он считает себя поэтом!.. Но ведь у тебя нет ни малейшего дарования, жалкий безумец!.. Скажите на милость, -- он напечатал скверную книжонку, которую никто не желает читать, -- и уже вообразил себя поэтом!.. Но, несчастный, ведь твоя книга идиотична, -- это все говорят... Вот уже два месяца, как она поступила в продажу, а продан всего только один экземпляр, и этот единственный -- мой... Поэт?.. Ты?! Полно, полно!.. Только твой брат может говорить такие глупости... Вот еще другая наивная душа, это брат! И хорошенькие письма он пишет тебе!.. Можно умереть со смеха, читая его рассуждения о статье Гюстава Планша... Он убивает себя работой для того, чтобы тебя содержать, а ты в это время, ты... ты... Что ты в сущности делаешь?.. Отдаёшь ли ты себе в этом отчет?.. Удовлетворяешься тем, что у тебя типичное лицо, одеваешься турком -- и думаешь, что в этом все!.. Но я должна тебя предупредить, что с некоторых пор характерность твоей головы постепенно исчезает... Ты становишься безобразным, да-да, ты очень безобразен. Посмотри на себя... Я уверена, что если бы ты вернулся к донзелле Пьероте, она отвернулась бы теперь от тебя... А между тем вы созданы друг для друга... Вы оба рождены для того, чтобы торговать посудой в Сомонском пассаже. Это подходит тебе несравненно больше, чем быть актёром.
...Она брызгала слюной, она задыхалась. Ты, вероятао, никогда не видел такого припадка исступления. Я молча смотрел на неё... Когда она кончила, я подошел к ней -- я дрожал всем телом -- и проговорил совершенно спокойно:
-- Я не хочу быть актёром.
...С этими словами я подошел к двери и, открыв ее, жестом пригласил её выйти...
-- Вы хотите, чтобы я ушла? -- спросила она насмешливо, явно издеваясь надо мной... -- Ну, нет!.. Мне еще многое нужно сказать вам...
...Тут я не выдержал. Кровь бросилась мне в лицо, и, схватив каминные щипцы, я кинулся к ней... Она мгновенно исчезла... Дорогой мой, в эту минуту я понял испанца Пачеко...