И, не теряя ни минуты, даже не стряхнув с себя дорожной пыли, он отправился на поиски своего "мальчика".
Прежде всего он пошел в типографию, так как главный склад "Пасторальной комедии" находился там, и он рассчитывал, что Даниэль должен был часто туда заходить.
-- А я только что собирался вам писать, -- сказал владелец типографии, увидев Жака, -- напомнить, что срок платежа по первому векселю наступает через четыре дня.
Жак спокойно ответил:
-- Я уж думал об этом... С завтрашнего дня я начну свой обход книгопродавцов и получу с них деньги. Ведь продажа шла очень хорошо....
Типограф вытаращил на него свои большие голубые глаза.
-- Как?.. Продажа шла хорошо?! Кто вам это сказал?
Жак побледнел, предчувствуя катастрофу.
-- Вот взгляните в этот угол, -- продолжал эльзасец, -- посмотрите на груду сложенных там книг. Это все "Пасторальная комедия". За все эти пять месяцев продан всего один экземпляр. В конце концов книгопродавцам это надоело, и они прислали мне обратно эти книжки. Теперь все это может быть продано только как бумага, на вес. А жаль, -- издана книга очень хорошо.
Каждое слово этого человека падало на голову Жака, как удар свинцовой дубинки, но окончательно сразило его то, что Даниэль занимал от его имени у владельца типографии деньги.