-- Никаких "но"! С вами будет поступлено так же, как и с другими. Если вы уедете на неделю, то вы больше уж не вернетесь сюда. Подумайте хорошенько об этом... А пока вы обдумываете, садитесь вот сюда: я буду диктовать.
-- Я все уже обдумал, господин маркиз: я еду!
-- К черту, в таком случае!
И с этими словами несговорчивый старик взял шляпу и отправился во французское консульство отыскивать нового секретаря.
Жак уехал в тот же вечер.
По приезде в Париж он поспешил на улицу Бонапарта.
-- Брат дома? -- спросил он привратника, который курил трубку, сидя у фонтана во дворе.
-- Давненько уж сбежал, -- ответил привратник насмешливо.
По-видимому, он не желал продолжать разговор, но пятифранковая монета развязала ему язык, и он сообщил, что молодой жилец из пятого этажа и дама из бельэтажа давно уже исчезли, что никто не знал, в каком из уголков Парижа они скрывались, но что скрывались они, очевидно, вместе, так как негритянка Белая кукушка каждый месяц приходила справляться, не получено ли чего-нибудь на их имя. Он прибавил, что господин Даниэль, уезжая, забыл отказаться от квартиры и что поэтому должен будет уплатить за четыре месяца, не считая других мелких долгов.
-- Хорошо, -- сказал Жак, -- все будет уплачено.