На всех лицах лежит серьезное, решительное выражение. Каждая девочка чувствует, что на этот раз она побежит вдвое быстрее. Они озабоченно топают ногами, чтобы убедиться, что коньки привязаны как следует, с нервным волнением осматривают каждый ремешок и потом, выпрямившись, устремляют глаза на мефрау ван Глек.
Платок падает, звучит труба, и девочки в одно мгновение исчезают вдали...
Вот одна из них добежала до флагштоков и повернула назад... Она далеко опередила всех и быстро приближается к колоннам.
Кто же это? Гильда или Катринка? Нет, ни та, ни другая. Это Гретель... Ее не в силах обогнать никто... Она уже у цели!
Тщетно выкрикивает глашатай ее имя: его голос заглушается криками и возгласами зрителей. Все знают и без глашатая, что Гретель Бринкер осталась победительницей, что она получит серебряные коньки!
Как птичка пронеслась она по льду и, добежав до колонн, застенчиво огляделась вокруг. Ей хочется поскорее пойти в тот уголок, где стоят ее отец и мать, но тронуться с места невозможно: к ней сначала подошел Ганс, потом окружили девочки. Гильда стоит около нее и, весело улыбаясь, что-то шепчет ей. Теперь уже никто не станет относиться к Гретель с презрением. Пасет она гусей или нет, а все-таки ей достались серебряные коньки; она королева конькобежцев.
Ганс отыскивает глазами Петера: ему хочется, чтобы тот был свидетелем торжества Гретель. Но Петер и не смотрит на нее. Он стоит на коленях и возится со своими коньками. Лицо его взволнованно и растерянно. Ганс подбежал к нему.
-- Что с вами, мингер? -- воскликнул он.
-- Со мной случилась беда, Ганс, и мне придется отказаться от участия в беге! Я хотел стянуть потуже ремешок у конька, проткнул ножом новую дырочку, а ремешок оборвался...
-- Возьмите ремешок у меня! -- сказал Ганс, торопливо снимая коньки.