Мальчики не возражали, но с тоскливым чувством взглянули на Пута, ожидая его решения.
Бедный Якоб! Он страшно устал, но, видя, что никто не сочувствует ему, не захотел идти против товарищей.
-- Нет-нет, я пошутил, -- сказал он. -- Побежим на коньках.
В ответ раздались восторженные крики, и все весело понеслись вперед.
Невесел был только один Якоб. Он употреблял все силы, чтобы скрыть свою усталость, и старался не отставать от других. Тщетные усилия! Тело его становилось как будто все тяжелее, а ноги с каждой минутой слабели. Кровь приливала к его толстым щекам, а между тем он дрожал от холода. Наконец в ушах у него зашумело, все завертелось и закружилось у него в глазах, и он, потеряв сознание, упал на лед.
-- Якоб! Якоб! -- воскликнул Бен, бросившись к нему. -- Ты ушибся?
Петер и Карл подняли Якоба. Он был бледен, как смерть, и казался мертвым. Вокруг них собралась толпа. Петер развязал шарф Якоба и расстегнул ему куртку, чтобы облегчить дыхание.
-- Отойдите подальше, господа! -- сказал он. -- Ему нужен воздух!
-- Положите его! -- крикнула какая-то женщина.
-- Поднимите его и поставьте на ноги! -- закричала другая.