-- Да, мой мальчик. Но гораздо больше вероятность, что он не умрет, а выздоровеет. Очень жаль, что я не могу изложить тебе все это вполне точно и научно. Ты все равно ничего не поймешь.
Ганс промолчал.
-- Да, ты все равно ничего не поймешь, -- с досадой повторил доктор Бёкман. -- И каждый раз одно и то же. Как только предложишь серьезную операцию, прежде всего спрашивают: "А вынесет ли ее больной?"
-- Но ведь в этом вопросе заключается для нас все, мингер, -- с достоинством сказал Ганс.
Доктор Бёкман смутился и быстро взглянул на него.
-- Да-да, ты прав, мой мальчик, а я старый дурак. Конечно, никакой сын не может отнестись равнодушно к вопросу о жизни или смерти своего отца. Это вполне понятно. Я говорил очень глупо и необдуманно.
-- Отец умрет, если не делать операцию? -- спросил Ганс.
-- Умрет, и очень скоро. Давление на мозг все увеличивается, и кончится смертью.
-- И вы говорите, что операция может спасти его? -- продолжал Ганс. -- Скоро ли мы узнаем, есть ли надежда на выздоровление?
Доктор Бёкман нетерпеливо передернул плечами.