Ergo, научное образованіе доступно только богатымъ дѣвушкамъ (предполагая, что между высокими стражами науки найдутся такіе, которые вообще снизойдутъ до преподаванія дѣвушкамъ). Но, по общему правилу, богатыя дѣвушки менѣе всего способны ("почему?" -- отвѣтъ на этотъ вопросъ завелъ бы меня здѣсь слишкомъ далеко) махнуть рукой на господствующее мнѣніе дня.
Второе. Дѣвушка, которая желаетъ заниматься науками, обязана доказать свои необыкновенныя дарованія, (такъ какъ она требуетъ необыкновеннаго права, то она должна имѣть обыкновенныя законныя основанія на это право) -- безъ всякой на то причины, какъ мнѣ кажется. Дѣвушкѣ, не обнаруживающей большихъ талантовъ, какъ всякому бездарному юношѣ, долженъ быть открытъ университетъ и всякое другое учебное наведеніе, лишь только она хочетъ учиться.
Таково требованіе справедливости; такъ требуемъ мы, женщины, въ силу нашего права на индивидуальную свободу въ силу нашего человѣческаго достоинства.
И дѣвушкѣ, съ односторонними или слабыми способностями, существуетъ возможность,-- какъ это мы видимъ въ большинствѣ мужчинъ,-- солидными познаніями и добросовѣстнымъ прилежаніемъ завоевать себѣ достойное положеніе въ обществѣ, вмѣсто того, чтобы, занимаясь рукодѣльемъ, умереть медленною голодной смертью.
Третье. Необыкновенныя дарованія очень мало помогаютъ паче всего дѣвушкѣ, если они въ то же время не связаны съ энергическимъ и необыкновенно твердымъ характеромъ.
Надо обладать въ высшей степени благородными чувствами, чтобы, въ виду идеальной дѣли, отказаться отъ пріятнаго времяпрепровожденія, какое обыкновенно имѣетъ мѣсто между 16 и 24 годами жизни дѣвушки. Только высокія чувства не страшатся насмѣшекъ и порицаній.
Надо обладать сильной энергіей, чтобы выдержать борьбу съ предразсудками и обычаемъ.
Мальчикъ нисколько не нуждается въ энергіи и благородныхъ чувствахъ; онъ, напротивъ того, избавленъ отъ изумленія и неуваженія, когда вознамѣривается пріобрѣсти какія бы то ни было знанія, механическія или научныя. Честолюбіе и тщеславіе старшихъ -- одно это уже слишкомъ часто и чрезмѣрно припшориваетъ силенки иныхъ тупоумныхъ юношей изъ бѣднаго класса.
О, sancta simplicitas! Отецъ имѣетъ двухъ дѣтей, Петра и Эльзу. Петръ глупъ; но отецъ -- гегеймратъ, и тупоумный Петръ долженъ учиться, хотя бы выпотѣлъ изъ себя вою душу и проволокъ бы свою свѣжую юность въ горькой смѣси слезъ, чернилъ и непроходимыхъ дураковъ, чтобы впослѣдствіи, зрѣлымъ мужемъ и государственнымъ человѣкомъ, всѣми силами тормозить ходъ цивилизаціи. Эльза умна. "Жаль,-- вздыхаетъ отецъ,-- что она не мальчикъ!" -- и старательно удаляетъ всѣ предметы, которые могли бы служить къ развитію этого ума.
Если Эльза владѣетъ темпераментовъ, то она, въ большей части случаевъ, употребятъ избытокъ своего уха къ возможному усиленію своихъ сумасбродствъ.