Входить через калитку Олег не захотел. Где вы видели, чтобы искатели кладов ходили по обыкновенным дорожкам? Олег перелез через забор. Черный школьный сад стоял молчаливый и казалось, за стволами старых яблонь прятал волосатых незнакомцев, решивших в этот вечер проследить за каждым шагом будущего капитана.
Согнувшись и озираясь по сторонам, Олег крался к большому двухэтажному зданию школы. Кругом пахли прелью влажные листья. Они шелестели; и их шум сливался с другими неясными шорохами и звуками. на полдороге мальчик остановился. Ноги его окаменели, сердце чуть-чуть не выпрыгнуло из груди: Олег увидел в нескольких шагах от себя чьи-то зеленые глаза. Они блеснули в кустах и погасли. Напрасный страх! Это была обыкновенная кошка.
Вот и школа. Окна высоки и черны. По каменным ступенькам мальчик поднялся на веранду. Когда-то пан Капнист пил здесь со своими друзьями вечерний чай. Густая стена дикого винограда со всех сторон окружала террасу. Олег стал на перила и приподнялся к окну. Сегодня на большой перемене мальчик незаметно открыл задвижку и оставил окно только прикрытым. Каково же было его удивление, когда он убедился, что сейчас обе рамы были распахнуты настежь! Было похоже, что по этой дороге кто-то уже проходил. И проходил, должно быть, совсем недавно, так как не успел даже прикрыть за собою окно.
Олег остановился, раздумывая, что же ему предпринять дальше: итти ли вперед, или отступать? Чьи руки открыли окно?
Луна поднималась все выше и выше. Вот она уже поднялась над садом, облив Олега своим серебряным, призрачным светом и заглянув украдкой в окна молчаливой школы. С моря рванул ветер, зашумел голыми ветками и вдруг стукнул раскрытым окном. Мальчик вздрогнул от этого неожиданного стука и в то же время почувствовал какой-то прилив бодрости. Так вот кто открыл окно! Ветер!
Олег храбро перелез через подоконник и очутился в большой комнате. Однако мальчик ошибся: окно открыл не ветер.
Комната, в которую попал Олег с веранды, была его родным шестым классом. Школьник знал хорошо, что класс не запирается никогда и двери его выходят в коридор. А из коридора уже знакомая дорога: на второй этаж мимо Кажановой комнаты, мимо каморки, прямо к крутой лестнице, ведущей на чердак. Олег нащупал за поясом нож и решительно зашагал по длинному коридору. Мимо комнаты Кажана Олег прошел так тихо, что тише, кажется, не могла бы прошмыгнуть и мышь. В окна светила луна.
Лунный свет такой спокойный и такой знакомый! Будто старый друг протягивает руки и на сердце у Олега делается все спокойней и спокойней, все больше и больше вырастает уверенность в себе и в своих действиях.
У лестницы Олег остановился. Прямо над ним чернел четырехугольник входа на чердак. Задрав голову, мальчик смотрел вверх, на это молчаливое отверстие. Сегодня оно не казалось Олегу страшным. Наоборот. Там, в этом четырехугольнике, светилось тоже бледное лунное сияние, и мальчик понял, что: луна светит и на чердаке (наверное, через маленькое оконце), и весьма вероятно, что карманный фонарик, захваченный Олегом из дому, будет сегодня не нужен. Олег огляделся и прислушался в последний раз. Тихо, даже в ушах звенит. Где-то внизу, должно быть в первом этаже, застрекотал сверчок, и его однообразный треск только усилил тишину, разлитую кругом. Наверное, Данилыч лежит сейчас у себя в постели и читает газету или пьет чай. Кажан... Кто знает, что делает Кажан? Он тоже, наверное, сидит в своей комнате.
Пусто в школе. Только сверчок трещит, только Олег стоит у лестницы, только лунное сияние гуляет по коридору, по молчаливым просторным классам.