Тарасов опустил ружье и тоном презрительного сожаления сказал:
-- Эх вы, заячья душа. Куда вам с нами бороться, когда вы не можете смерти в глаза смотреть.
-- Кончайте скорее! -- простонал Ломов.
-- А-а, скорее... Нет, вы прочувствуйте... надо каплю за каплей... по капельке, по пальчику... Чтобы так -- кап, кап, кап...
Иван Александрович с глубоким изумлением посмотрел на Тарасова.
-- Человек вы или зверь?
Тарасов вскочил с табурета, уронил ружье, прыгнул к Ломову.
-- Человек? Нет, я не человек, я офицер!.. Разве я имею право быть человеком?.. Я только офицером могу быть!.. Я государю императору присягал... Врагов внешних и внутренних... А вы -- враги!.. Вы разорили моего отца, вы у него все отняли... Где мой отец, моя мать!.. Разве я знаю, что вы еще с ними сделали!.. Может, вы с ними еще хуже, чем я с вами!.. Человек!.. У-у, большевик проклятый!
-- Не большевик я.
-- Молчи! Все равно! Все вы большевики! Вас надо, как собак!.. Шкуру содрать!