-- Бродяга!3
Потом достал письмо из корзины, расправил, перечитал.
И снова скомкал и снова бросил. И наконец разорвал, чтоб больше не читать.
Прошло лет семь.
В Одессе, я выходил из театра, -- как вдруг в дверях со мной столкнулся высокий молодой человек, с большими, очень добрыми и наивными глазами.
Он протянул мне руку и сказал:
-- Страшно рад познакомиться. Мишель Бернов!
Я не мог не расхохотаться.
-- Изнасиловали?
Он разразился предобродушным детским смехом.