-- Нешто возможно? К себе не подпущает. До такого шпекту21 его тот подлец довел. Все умыслы сочиняет: "Вас хотят убить" да "вас собираются удушить". Тот в страхе, а он и пользуется. Обвел, подлец, человека. Без него дышать не может! Потому -- боится.
Разве это не порядки крепостного права?
А как вы себе объясните, в XX веке, "самый скандальный", как его называют, сахалинский вопрос -- "женский"?
Как вы объясните себе, что можно женщину "выдавать" наравне с коровой?
-- Коровы я тебе не дам. А бабу -- на!
Оставьте в стороне "миндальности". Что большинство этих женщин, почти все, пришли на Сахалин именно "из-за любви": подожгли, убили, от^ равили, чтоб не жить с нелюбимым. До преступления дошли из-за этого! Оставьте в стороне и то, что христианку, православную, или магометанку заставляют жить в незаконной, "грешной" связи.
Оставьте в стороне эти насилия над совестью, -- но как же можно так распоряжаться человеческой душой и мясом?
Как поймете вы это, если не вспомните, что на Сахалине сохранилось, еще крепостное право?
"Угостить" для холостого служащего на Сахалине -- значит угостить гостя не только водкой, закуской, -- но и женщиной.
Уж на что маленький человечек, почтовый чиновник на пароходе, -- но и тот облизывался, вернувшись с берега.