4 Речь идет о Русско-турецкой войне 1877--1878 гг.
5 Ни в одном из этих изданий В.Н. Бестужев в качестве официального издателя не значился (издательницей "Вестника объявлений" в 1885 г. была С. Бестужева). См.: Русская периодическая печать 1703--1900 гг. / Сост. Н.М. Лисовский. Пг., 1915 (по указ.).
6 Эта история изложена в очерке В.А. Гиляровского "Атаман Буря и Пиковая дама" (см.: Гиляровский В. А. Избранное. М., 1960. Т. 2. С. 226--228).
7 Эфиопская эпопея Ашинова началась в 1885 г., когда он с несколькими спутниками высадился в Массауа на берегу Красного моря. Но в столицу Эфиопии его не допустили из-за того, что он не имел официальных полномочий от российского правительства. Возвратившись в Россию, Ашинов обратился в Министерство иностранных дел, Синод, Военное министерство с предложением установить официальные отношения с Эфиопией, но ничего не добился. Лишь спустя два года К.П. Победоносцев разрешил ему организовать экспедицию в Эфиопию под видом религиозной миссии, состоявшей из 150 казаков и более полусотни священников. Миссия отправилась из Одессы в декабре 1888 г. В 1889 г. Ашинов с отрядом казаков в заброшенной египетской крепости Сагалло на берегу Таджурского залива основал поселение Новая Москва. Поскольку эта территория находилась под протекторатом Франции, французские власти выслали военные корабли и потребовали немедленно ее покинуть. После того как ультиматум бьи отвергнут, французы начали обстрел колонии (погибло семь человек). Ашинов и другие участники экспедиции были задержаны и переданы русским властям. Откликаясь на эти события, Дорошевич под псевдонимом Не-Ашинов опубликовал фельетон "Записки Ашинова. Переделаны из "Записок сумасшедшего"" (Развлечение. 1889. No 13).
8 Возражая в целом против картины сахалинских порядков, нарисованной Дорошевичем в очерке "Крепостное право в XX столетии", военный губернатор острова М.Н. Ляпунов в своем письме в Главное тюремное управление остановился на личности Бестужева и характеристике, данной ему журналистом: "Он действительно отличался необузданностью характера, жестоким обращением с ссыльнопоселенцами и каторжными и позволял себе постоянное превышение власти... Обрисовывая личность Бестужева в общем довольно верно, Дорошевич, при описании отдельных случаев проявления Бестужевым необузданности его воли и разного рода злоупотреблений, не только не скупится на краски, но с развязностью прибегает к явной лжи, лишь бы придать своему рассказу более пикантный и сенсационный характер. Так, например, упоминание о смерти его в приемной генерал-губернатора -- это явная ложь. Бестужев, прибыв в Хабаровск, у генерал-губернатора даже не был и умер от припадка удушья в лазарете Красного Креста. Обстоятельства смерти Бестужева мне хорошо известны, так как я в это время был в Хабаровске" (ГАРФ. Ф. 122. Оп. 6. Ед. хр. 2158. Л. 17). Иную информацию о кончине Бестужева сообщает В.А. Гиляровский: "В конце концов, он попал под суд за зверства, растраты, пьянство, но не дождался суда: умер от разрыва сердца в камере следователя перед допросом" (Гиляровский В.А. Указ. соч. Т. 2. С. 237).
9 Pur sang -- чистокровный ( фр. ).
10 Съезжая -- помещение при полиции для арестованных.
11 Комментируя это место, М.Н. Ляпунов в донесении в Главное тюремное управление замечает: "Имела ли место описанная Дорошевичем сцена с бабой и ее сожителем, мне неизвестно, но допускаю, что нечто подобное могло быть, так как Бестужев был способен на все. Насколько мне известно, при назначении в сожительство поселенцам женщин на поселенцев никаких принудительных урочных работ не налагалось, но женщины давались только тем из поселенцев, которые занимались хозяйством и заслуживали этого хорошим поведением. Приписываемое Бестужевым самовольное употребление поселенцев на разные работы есть чистейший вымысел Дорошевича" (ГАРФ. Ф. 122. Оп. 6. Ед. хр. 2158. Л. 17).
12 Галман -- грубиян.
13 По поводу этого эпизода в том же донесении М.Н. Ляпунова отмечается: "Описанная Дорошевичем сцена в посту Корсаковом, в квартире, занимаемой Дорошевичем, несомненно есть чистейший вымысел. Сцена эта никак не вяжется уже с приписываемой самим Дорошевичем сахалинским поселенцам забитостью и паническим страхом пред начальством. Наконец, не представляется возможным допустить, чтоб поселенцы могли себе позволить подобное открытое расхищение имущества, зная о присутствии в доме смотрителя поселений, а в особенности Бестужева и помощника начальника округа".