Изучение черновых материалов к роману позволяет прийти к выводу, что роль Тургенева в творческой истории романа "Бесы" была более значительной, чем это обычно считалось до сих пор. Личность Тургенева, его идеология и творчество отразились в "Бесах" не только в пародийном образе Кармазинова, но и в плане широкой идейной полемики с ним как с видным представителем "поколения 1840-х годов" об исторических судьбах России и Европы.
К периоду работы над "Бесами" относятся резко враждебные высказывания Достоевского о Белинском в письмах и заметках к роману.
Написанная несколько ранее этого времени несохранившаяся статья Достоевского о Белинском (1867), очевидно, носила полемический характер. В 1869--1870 гг. Достоевский много размышлял о Белинском и "поколении 1840-х годов" в связи с работой над эпопеей "Житие великого грешника", одна из частей которой, по замыслу писателя, посвящалась 1840-м годам. Уже после окончания романа "Бесы" отношение Достоевского к Белинскому, с которым у писателя были связаны дорогие для него воспоминания литературной юности, становится более мягким, о чем свидетельствует "Дневник писателя" за 1876 и 1877 гг. {Некоторыми высказываниями о Белинском в подготовительных материалах к "Бесам", не реализованными в окончательной редакции романа, Достоевский воспользовался в 1873 г. в очерке "Старые люди" (см., например, высказывание о возможной дальнейшей эволюции Белинского, анекдот Герцена об А и Б и некоторые другие наброски -- наст. изд., т. XI, стр. 65, 73). Об отношении Достоевского к Белинскому в 1870-х годах см.: А. С. Долинин. К истории создания "Братьев Карамазовых". Д, Материалы и исследования, стр. 25--28; В. Кирпотин. Достоевский и Белинский. Изд. "Сов. писатель", М., 1960; см. также ниже, стр. 341--342.}
Резкие выпады против Белинского в черновых записях к "Бесам" обычно вложены в уста славянофила Шатова, ведущего полемику с Грановским (С. Т. Верховенским) или Нечаевым (П. Верховенским), и имеют ту же ярко выраженную антизападническую направленность, что и реплики против Грановского или Тургенева.
Возможно, что высказывания о Белинском в записных тетрадях к "Бесам" и в тексте романа полемичны по отношению к той оценке деятельности критика, которую дает Тургенев в "Литературных и житейских воспоминаниях" (см. очерк "Воспоминания о Белинском"). {На знакомство Достоевского с воспоминаниями Тургенева о Белинском указывает прямая ссылка на них в подготовительных материалах: "Тургенев правду сказал про него, что он знал очень мало даже и научно, но он понимал лучше их всех" (см.: наст. изд., т. XI, стр. 73; ср.: Тургенев, Сочинения, г. XIV, стр. 29--31). Ср.: С. Ашевский. Белинский в оценке его современников. СПб., 1911, стр. 197--198.}
Белинский, по словам Тургенева, "был глубоко убежден в необходимости восприятия Россией всего выработанного Западом -- для развития собственных ее сил, собственного ее значения <...> Принимать результаты западной жизни, применять их к нашей, соображаясь с особенностями породы, истории, климата, -- впрочем, относиться и к ним свободно, критически -- вот каким образом могли мы, по его понятию, достигнуть наконец самобытности, которою он дорожил гораздо более, чем обыкновенно предполагают" (см.: Тургенев, Сочинения, т. XIV, стр. 42).
В представлении Тургенева Белинский -- "центральная натура" России 1840-х годов, передовой деятель, кровно связанный с народом ("он всем существом своим стоял близко к сердцевине своего парода..."), чутко уловивший требования эпохи. Для Достоевского конца 1860-х -- начала 1870-х годов Белинский, как и другие представители "поколения 1840-х годов", -- это западник и нигилист одновременно, оторванный от родной почвы.
Характерны в этом отношении февральские записи к "Бесам": "Ш<атов> говорит о помещиках и семинаристах и о том, что Белинский, Грановский -- просто ненавидели Россию (NB. Подробнее и метче об ненависти к России.)
Гр<ановский> (ему в ответ): "О, если б вы знали, как они любили Россию".
Ш<атов>: "Себя любили и про себя одних ныли"" (см.: наст. изд., т. XI, стр. 75). {В подобном же духе высказывается Шатов в окончательном тексте романа (см.: наст. изд., т. X, стр. 33--34).} И далее: "Я теперь понимаю, -- утверждает Хроникер, -- что говорил Ш<атов> об этой ненависти Белинских и всех наших западников к народу, и если они сами будут отрицать это, то ясно, что они не сознают этого. Это так и было: они думали, что ненавидят любя, {Мысль о "ненависти" Белинского и его последователей к России, вытекающая, по мнению Достоевского, из отрицания ими самобытного пути ее развития и пристрастия к европейской цивилизации, возможно, навеяна следующими высказываниями Потугина в "Дыме": "Я ее страстно люблю и страстно ее ненавижу, -- говорит Потугин о России. -- <...> Да-с, я и люблю и ненавижу свою Россию, свою странную, милую, скверную, дорогую родину" (см.: Тургенев, Сочинения, т. IX, стр. 173--174; ср. с письмом Достоевского к А. Н. Майкову от 16 (28) августа 1867 г.). Ср. также у Н. А. Некрасова в стихотворении "Блажен незлобивый поэт..." (1852): "Как много сделал он, поймут, И как любил он -- ненавидя!". "Ненависть" к России Достоевский в те же годы приписывает и M. E. Салтыкову-Щедрину, которого причисляет к либералам. Как предполагает С. С. Борщевский, некоторые высказывания Шатова в подготовительных материалах и в тексте романа "Бесы" полемически направлены против Щедрина. Об идейной полемике с ним в "Бесах" ель: Борщевский, стр. 215--240.} и так возвещали об себе. Они не стыдились даже своей крайней брезгливости к народу, когда с ним сталкивались в самом деле практически. (В теории-то они его любили.)" (см.: наст. изд., т. XI, стр. 111).