Стр. 259. Чудно это, отцы и учители, что, не быв столь похож на него лицом, а лишь несколько, Алексей казался мне до того схожим с тем духовно, что много раз считал я его как бы прямо за того юношу со так что даже удивлялся себе самому и таковой странной мечте моей. -- "Так смотрел Федор Михайлович, -- поясняет А. Г. Достоевская, -- на Владимира Сергеевича Соловьева, который душевным складом своим напоминал ему Ивана Николаевича Шидловского, имевшего столь благотворное влияние на Федора Михайловича во дни его юности" (см.: Гроссман, Семинарий, стр. 68). См. также стр. 456, 471--473.
Стр. 260....родился я в далекой губернии северной, в городе В. ... -- Начало жития Зосимы перекликается с началом исповеди отца Иоанна, приведенной Парфением: "Я родом великороссиянин, из самой внутренней России..." (Парфений, ч. II, стр. 19). В экземпляре, принадлежавшем Достоевскому, на этой странице книги рисунок писателя -- готические своды (экземпляр хранится в библиотеке ИРЛИ). Наставления Иоанна Парфению отозвались в поучениях старца Зосимы некоторыми мотивами и отдельными словами (см.: там же, стр. 5--8, 12--18, 34--35).
Стр. 263....в Петербург в кадетский корпус свезти... -- Кадетский, корпус (от франц. cadet -- младший, несовершеннолетний) -- среднее учебное заведение для подготовки офицеров.
Стр. 263--264. Из дома родительского вынес я лишь драгоценные воспоминания, ибо нет драгоценнее воспоминаний у человека, как от первого детства его в доме родительском... -- Подобное убеждение Достоевский не раз высказывал от своего лица. Например, в статью "Г.-бов и вопрос об искусстве" (1831) он вставляет рассуждение о человеке, который еще в отрочестве, "когда свежи и "новы все впечатленья бытия", взглянул раз на Аполлона Бельведерского, и бог неотразимо напечатлелся в душе его своим величавым и бзсконечно-прекрасным образом <...> И кто знает? Когда этот юноша, лет двадцать, тридцать спустя, отозвался во время какого-нибудь великого общественного события, в котором он был великим передовым деятелем, таким-то, а не таким-то образом, то, может быть, в массе причин, заставивших его поступить так, а не этак, заключалось, бессознательно для него, и впечатление Аполлона Бельведерского, виденного им двадцать лет назад". В "Дневнике писателя" за 1876 г. Достоевский возвращается к этой же теме с другой стороны: "Вот опять "случайное семейство", опять дети с мрачным впечатлением в юной душе. Мрачная картина останется в их душах навеки и может болезненно надорвать юную гордость еще с тех дней
...когда нам новы
Все впечатленья бытия, --
а из того не по силам задачи, раннее страдание самолюбия, краска ложного стыда за прошлое и глухая, замкнувшаяся в себе ненависть к людям, и это, может быть, во весь век" ( ДП, 1876, январь, гл. 1, § II). Та же тема развернуто дана в "Подростке".
Стр. 264. "Сто четыре священные истории Ветхого и Нового завета"... -- "По этой книге Г. Гибнера,-- Ред.) Федор Михайлович учился читать" (примеч. А. Г. Достоевской -- см.: Гроссман, Семинарий, стр. 68).
Стр. 264. ... помню, как в первый раз посетило меня некоторое проникновение духовное, еще восьми лет от роду. -- "Это личные воспоминания Федора Михайловича из своего детства, -- поясняет А. Г. Достоевская, -- несколько раз от него слышала" (см.: Гроссман, Семинарий, стр. 68).
Стр. 264. Был муж в земле Уц... -- Библейская книга Иова, которая здесь пересказывается, в русском переводе начинается словами: "Был человек в земле Уц..." (гл. 1, ст. 1). Как замечено Н. А. Мещерским, именно этот текст не мог звучать в храме, где книга Иова читалась в древнейшем, славянском переводе и начиналась словами: "Человѣкъ нѣкий бяше во странѣ австидитийстѣй, емуже имя Иовъ". В письме жене от 10(22) июня 1875 г. Достоевский сообщает: "Читаю книгу Иова, и она приводит меня в болезненный восторг: бросаю читать и хожу по часу в комнате, чуть не плача <...> Эта книга, Аня,-- странно это -- одна из первых, которая поразила меня в жизни, я был еще тогда почти младенцем!"