Стр. 32. Кстати, словечко о декабристах ~ есть и еще в живых. -- Слово "журнал" употреблено здесь Достоевским в значении "газета" (под влиянием франц. journal -- газета). В начале января 1876 г. петербургские галеты, ссылаясь на "Московские ведомости" (1876, 4 января, No 3), сообщили о том, что "20 августа скончался в Москве Е. Е. Лачинов, один из последних декабристов" (СПбВед, 1876, 6 января. No 6; Г, 1876, 7 января, No 7; ср. позднее: Гр, 1876, 25 января, No 4, стр. 104).
Лачинов Евдоким Емельянович (1799--1876) -- член Южного общества.
Анненков Иван Александрович (1802--1878) -- член Южного общества; по истечении срока каторги жил на поселении сначала в Иркутском округе, а затем в Тобольской губернии, где с 1841 г. служил в губернском правлении. Достоевский был лично знаком с его женою -- Прасковьей Егоровной Анненковой (урожд. Полиной Гебль, 1800--1876) (см. наст. изд., т. XXI, стр. 385), а также с их дочерью Ольгой Ивановной Ивановой, у которой он и С. Ф. Дуров прожили почти месяц по выходе из каторги. Роман Александра Дюма-отца "Записки учителя фехтования, или Восемнадцать месяцев в Санкт-Петербурге" ("Mémoires d'un maître d'armes, ou dix-huit mois à Saint-Pétersbourg", 1840) пользовался в России большою известностью, хотя и был запрещен цензурою. В основу его легли рассказы бывшего учителя фехтования в Москве Гризье, у которого брал уроки И. А. Анненков. История декабриста Анненкова (в романе: "граф Алексис Ванинков"), от которого отвернулась вся богатая родня и которому осталась верна лишь его любовница-модистка, пробившаяся к нему в Сибирь и ставшая его женою, в романе сильно идеализирована и смягчена. Сам Анненков превращен автором в "кающегося" заговорщика, не верившего в успех восстания, но принявшего в нем участие единственно ради того, чтобы его не признали трусом (Воспоминания Полины Анненковой. С прилож. воспоминаний ее дочери О. И. Ивановой и материалов из архива Анненковых. Под ред. С. Гессена и Ан. Предтеченского. М., 1929, стр. 56, 86, 269--270; С. Дурылин. Александр Дюма-отец и Россия. -- ЛН, т. 31--32, стр. 512--517; А. Дюма. Учитель фехтования. Роман из времен декабристов. Пер. с франц. Б. И. Гордон. Вступ. статья и примеч. С. Орлова. Горький, 1957, стр. 9--11; М. Трескунов. Александр Дюма о декабристах. -- "Звезда", 1975, No 12, стр. 207--210).
Муравьев-Апостол Матвей Иванович (1793--1886) -- член Союза спасения, Союза благоденствия и Южного общества; старший брат С. И. Муравьева-Апостола -- одного из пяти казненных руководителей движения декабристов.
Свистунов Петр Николаевич (1803--1889) -- член Северного и Южного обществ; в 1850-е гг. -- деятель по крестьянскому вопросу; автор статей в "Русском архиве" (1870--1871).
Назимов Михаил Александрович (1801--1888) -- член Северного общества.
Стр. 32. Есть одна такая смешная тема ~ о спиритизме, -- Спиритизм стал распространяться в России с начала 1870-х гг. Его пропагандистами были А. Н. Аксаков (1832--1903), А. М. Бутлеров (1828--1886) и Н. П. Вагнер (1829--1907). Организованные ими в 1874 г. в Петербурге выступления медиума Бредифа послужили началом ожесточенной полемики.
На заседании Физического общества при С.-Петербургском университете 6 мая 1875 г. Д. И. Менделеев выступил с заявлением о необходимости научной проверки так называемых спиритических (медиумических) явлений с целью разоблачения спиритизма и противодействия его распространению, которое к этому времени приняло в России широкие масштабы. По предложению Менделеева была организована Комиссия для исследования медиумических явлений. На организационных заседаниях 7 и 9 мая 1875 г. Комиссия договорилась со сторонниками спиритизма о приглашении медиумов и проведении сеансов в период с сентября 1875 по май 1876 г. В октябре Аксаков привез из Англии знаменитых медиумов братьев Петти, с которыми в течение ноября Комиссия провела несколько сеансов и убедилась в мошенничестве. 15 декабря 1875 г. Менделеев прочел в Петербурге свою первую публичную лекцию о спиритизме, в которой познакомил слушателей с результатами ноябрьских опытов. С 11 января 1876 г. начались сеансы с другим медиумом -- англичанкой Клайр, приехавшей в Петербург по приглашению А. Н. Аксакова 7 января.
В библиотеке Достоевского были книги, относящиеся к раннему периоду русского спиритизма: Р. Гер. Опытные исследования о спиритуализме. Пер. с англ. Лейпциг, 1866; А. Н. Аксаков. Спиритуализм и наука. СПб., 1871 (Библиотека, стр. 153; Гроссман, Семинарий, стр. 42--43). В "Бесах" содержится упоминание о спиритизме в Америке (см. наст. изд., т. X, стр. 112; т. XII, стр. 293). 9 марта 1875 г. Достоевский записал в тетради план, который озаглавил "Странные сказки (сумасшедшего)". Третьим пунктом в нем значилось: "Чудеса в Париже (длинная рука)" (наст. изд., т. XXI, стр. 263). {О "длинной руке" Достоевский вспомнит еще дважды, делая заметки к мартовскому выпуску "Дневника писателя" за 1876 г. (наст. изд., т. XXIV).} В июне 1875 г. Достоевский обратит внимание на материалы в прессе о процессе парижского фотографа-спирита Ж. Пюге (см. ниже, примеч. к стр. 35--36). В это же время он, очевидно, читал статью С. А. Рачинского "По поводу спиритических сообщений г-на Вагнера" (PB, 1875, No 5) (см. ниже, примеч. к стр. 130). Позднее, летом 1875 г., Достоевский лично познакомился в Старой Руссе с Н. П. Вагнером, который искал его знакомства еще в июне, когда писатель находился за границей на лечении. Сообщая о его визите, А. Г. Достоевская упоминала как хорошо ей известную (и, следовательно, очевидно, и Достоевскому) его статью о спиритизме в "Русском вестнике" 1875 г. No 4 (письмо от 27 июня 1875 г. -- Переписка, стр. 207). В беседах с Н. П. Вагнером, по-видимому, затрагивался вопрос о спиритизме и об опытном его исследовании, проводившемся Комиссией Физического общества, за работой которой Достоевский несомненно следил по прессе. Тема спиритизма была иронически обыграна на страницах "Подростка" (ч. III, гл. XI, 2), напечатанных в декабре 1875 г. (наст. изд., т. XIII, стр. 424--425; ср. т. XVI, стр. 366). 21 декабря 1875 г. Достоевский писал Вагнеру: "Что у Аксакова? Будут ли наконец сеансы? Я готов обратиться к нему сам <...>, не допустит ли он меня к себе хоть на один сеанс? Я прочел статью Бутлерова, {А. М. Бутлеров. Медиумические явления. -- PB, 1875, No 11.} и она меня раздражила еще более. Я решительно не могу, наконец, к спиритизму относиться хладнокровно". Несколькими днями позже его заинтересовало "сообщение Вагнера об ожидавшемся приезде Клайр, и он просил известить его о прибытии медиума, предполагая побывать на сеансе (письмо к Н. П. Вагнеру от 2 января 1876 г.). Вагнер пригласил Достоевского к себе на спиритический сеанс 2 февраля 1876 г., и Достоевский согласился присутствовать (ЛН., т. 86, стр. 444). Неизвестно, был ли он у Вагнера именно в этот день, но на одном из сеансов он у него, кажется, присутствовал, о чем свидетельствует запись в тетради, сделанная в апреле 1876 г.: "Я сам у Вагнера семь раз, нет, я не отбивал сам, не налегал пальцем" (наст. изд., т. XXIV). Позднее Достоевский был на спиритическом сеансе у А. Н. Аксакова (см. примеч. к стр. 126).
Стр. 32. ... пишут мне, например, что молодой человек садится на кресло, поджав ноги, и кресло начинает скакать по комнате, -- и это в Петербурге, в столице! -- Об этом писал Достоевскому 17 января 1876 г. Вс. С. Соловьев: "У меня завелся медиум в лице 16-тнлетнего брата жены моей, который, будучи учеником реформатской школы, где начальство читает мальчикам в классе Дарвина, сначала очень храбро смеялся надо всем, что с ним творилось; по теперь сделался самым убежденным спиритом. Я его свел к Вагнеру, и теперь у нас там еженедельные сеансы. Я иногда дохожу до крайнего изумления -- кругом меня столы и стулья положительно бесятся; но этого мало: на днях мой юный шурин был сильно оттолкнут от стола, и стул с ним поехал по комнате. Тогда мы заставили его сесть на стул с ногами, по-турецки -- и стул продолжал кататься, не имея даже при этом колесиков" (ГБЛ, ф. 93.II.8.122).