И потом уже о демосе.
Рассказ Алчевской. Современ<ность?> Богородск. По книжности похоже на "Преступление и наказание", по вопросу: убил бы себя или нет? Похоже на дело Каировой. Однако как далеко мы ушли от дела Каировой.
Путались и несколько не понимали, что именно граф нам хочет сказать. Делает честь даже блестящему таланту графа Льва Толстого.
По цитате из Раумера подозреваю одного ученого, о котором мне еще покойный брат мой (любивший и знавший лично этого ученого) рассказывал мне несколько невеселых, но забавных анекдотов.
Слишком робки наши присяжные, но пусть: ведь из уважения к человечеству. А если тут есть и ошибка -- опять-таки уважение к человечеству. Но Утин -- это неуважение к человечеству. { Сверху страницы незачеркнутые записи: а. в Богородске. Вот в этом-то аргументе и был лабиринт. Он отразился в последней фразе его. Негодование? Нет, у нас можно озадачить, б. Корчится под камнем.}
-- Мне пишут о Каировой... На ступеньках, бритва.
То есть, собственно, о присяжных и говорить не буду.
-- Где-то их похвалили за решение. Не стоило, ибо они и не могли поступить иначе.
1) Убила ли бы до конца. Раскольников.
2) Экспертиза, в пользу, хотя это среда. Мой корреспондент тоже среду.