ПРИМЕЧАНИЯ
Автограф неизвестен.
Впервые напечатано: Э, 1864, No 10, отд. V, стр. 20--32, без подписи (ценз. разр. -- 24 ноября 1864 г.).
В собрание сочинений впервые включено в издании: 1918, т. XXIII, стр. 257--276. Принадлежность статьи Достоевскому засвидетельствована Н. Н. Страховым (см.: наст. изд., т. XVIII, стр. 209).
Печатается по тексту первой публикации.
По справедливому заключению Л. П. Гроссмана, статья эта, написанная в связи с публикацией в "Голосе" объявления об издании "Отечественных записок" в 1865 г., замечательна "как характеристика многих воззрений Достоевского-журналиста", высказавшего "широкий, в то время еще далеко не общепринятый взгляд на обширные задачи ежемесячника" (1918, т. XXIII, стр. 255--256). Подчеркивая, в противоположность Краевскому, жизненную необходимость для литературы "толстых" журналов, Достоевский протестует одновременно против низведения ежедневной прессы до роли всеядного и поверхностного регистратора событий. Это второе его обвинение адресовано не только редактору "Голоса", но и некоторым, по-видимому ближайшим, его сотрудникам (см. ниже, примеч. к стр. 147). Достоевского возмущает также чрезмерная гибкость либерально-европеизированного направления газеты Краевского, граничащая с деляческим приспособленчеством. Указания на этот "изъян", очевидные уже в "Щекотливом вопросе", еще очевиднее в тесно связанных с замыслом настоящей статьи заметках из записных тетрадей 1864--1865 гг.: "... надо много ума, -- отмечал здесь Достоевский, -- кроме ума, надо понимать вещи, надо быть самостоятельным, надо иметь мнение, надо иметь направление. Да кроме того, чтоб иметь свое направление, надо и быть своим, то есть русским". И далее: "Из чего вы горячитесь, хлопочете, узнаете, волнуетесь, играете в "Теймс" или в "Opinion National", потому что у вас, во 1-х, никакого опиньона и быть не может, а во-вторых, от вас его и не нужно, просто не нужно, да и дело с концом". И наконец: "А что такое "Голос"? Прихвостень" (см. выше, стр. 182--184)..
Застарелая антипатия к толстосуму Краевскому, человеку холодному и прижимистому, на которого Достоевский работал в былые времена зачастую на кабальных условиях, вынужденный неоднократно унижаться перед ним в поисках хотя бы минимального финансового обеспечения своего беспокойного литературного труда (см. письма Достоевского к Краевскому от 1 февраля, 25--26 и 31 марта 1849 г.), накладывает на некоторые страницы настоящей статьи отпечаток "горечи и злости".
В дальнейшем, однако, "Голос" (наряду с "Московскими ведомостями") -- постоянно читаемая Достоевским газета.
Стр. 137. ... начиная с его "Бориса Годунова..." -- Подразумевается апологетическая статья А. А. Краевского "Борис Федорович", напечатанная сначала в "Энциклопедическом лексиконе" А. Плюшара (т. 6, стр. 349-- 376), а затем отдельной брошюрой (1836 г.). Современники иронически называли брошюру "борисолюбивым творением", а ее автора -- "борисофилом" (см.: Вл. Орлов. Литературно-журнальная деятельность А. А. Краевского (в тридцатые годы). "Ученые записки Ленингр. ун-та". Серия филологических наук, 1941, вып. II, стр. 25). По-видимому, Достоевского особенно возмущало, как свидетельство невежества или недобросовестности, противоречащее пушкинской точке зрения утверждение Краевского о том, что Борис Годунов не был повинен в убиении царевича Дмитрия.
Стр. 137. ... кончая его последними штучками с "героем Кастельфи дардо". -- Касаясь вопроса об итальянском национально-освободительном движении, газета "Голос" в передовой статье "Санкт-Петербург. 17-го октября 1864 года" допустила грубую ошибку, назвав Гарибальди "героем Марсалы и Кастельфидар до" ( Г, 1864, 18 октября, No 288). В действительности победителем при Кастельфидардо был генерал Чиальдини, а сам Гарибальди одержал победу при Калатафими, которая предопределила успех Сицилийского похода 1860 г. и которую Энгельс назвал "одним из наиболее удивительных военных подвигов нашего столетия" (К. Маркс, Ф. Энгельс. Соч., т. 15, стр. 63). Отвечая "С.-Петербургским ведомостям", указавшим на эту ошибку, "Голос" оправдывался тем, что произошло "корректорское недоразумение" (Г, 1864, 21 октября, No 291). Имея в виду именно этот эпизод, Достоевский отмечал в записной тетради 1864-- 1865 гг.: "Кастельфидардо, лгать (мы, конечно, не позволили бы себе употребить такое резкое слово, если б на всей этой лжи не лежало того оттенка совершенно детской невинности, который характеризует ложь, сказанную в первом детском возрасте, не лишенную даже детской грациозности) и вилять" (см. выше, стр. 182). По-видимому, автором разъяснения насчет "корректорского недоразумения" был секретарь "Голоса" Загуляев, так как в записной тетради 1864--1865 гг. имеется помета Достоевского: "... г-н Загуляев утверждает, что загулял корректор, а нам кажется, что подгулял сам г-н Загуляев" (стр. 183).