Печатается по подлиннику: ЦГАЛИ, ф. 212, 1.34. Впервые опубликовано: Д, Письма, т. II, стр. 549--551.
1 М. А. Достоевский умер 8 июня 1839 г. Современники, в том числе А. М. Достоевский, считали, что он был убит своими крепостными. Подробнее см.: Нечаева, В семье и усадьбе Достоевских, стр. 49--61; Нечаева, Ранний Достоевский, стр. 85--94. Г. А. Федоровым (см.: Г. А. Федоров. К биографии Ф. М. Достоевского. Домыслы и логика фактов. -- "Литературная газета", 1975, 18 июня, No 25) факт убийства был подвергнут сомнению, хотя собранные пм контраргументы пока не решают вопроса. Впервые о смерти отца Ф. М. Достоевский сообщил старшему брату в Ревель в не дошедшем до нас письме от второй половины июня 1839 г. Это явствует из письма M. M. Достоевского (одновременно он отправил и неизвестное нам письмо Ф. М. Достоевскому) к А. А. и А. Ф. Куманиным от 30 июня 1839 г. Приводим текст письма, в котором M. M. Достоевский опирается на сведения о смерти отца, полученные от брата:
"Милостивый государь дяденька Александр Алексеевич и
милостивая государыня тетенька Александра Феодоровна!
На этой неделе получил я от брата Феодора письмо, в котором он извещает меня о несчастии, постигшем семейство паше. Видно, провидению угодно было вновь поставить на пробу твердость нашего духа и заставить нас до дна испить чашу горести. Мы теперь круглые сироты, без матери и без отца. Не говорю уж о себе и о брате: мы, слава богу, в летах... но эти бедные малютки... боже мой, боже мой! что они тебе сделали?! Из деревни я не получал еще никакого известия, а брат пишет очень неясно о всем происшедшем; потому я почти ничего не знаю подробно. Слышал только, что Вы взяли детей к себе, и пролил слезы благодарности! Бог наградит Вас за Ваше доброе сердце! Дяденька! Тетенька! замените им родителей; не дайте почувствовать им ужасный гнет сиротства; заставьте небо радоваться, ангелов ликовать от Вашего доброго дела! бедный Коля, бедная Сашенька!
Не знаю, кто будет опекуном? Если б я не сознавал вполне всех Ваших благодеяний, всего того, что Вы для нас сделали, я не стал бы просить Вас -- увеличить их еще новым добрым делом, приняв это почтенное звание на себя. Но чувствуя, понимая всю сострадательность Вашего доброго сердца, прошу Вас от лица всего нашего семейства, как старший сын покойника -- принять братьев и сестер под свою опеку. Кому ж ближе заступать это место, как не Вам, дяденька?
Не знаю, как выпросить мне у Вас прощение за долгое мое молчание; но смею уверить Вас, что не леность и не нерадение, а беспрестанные хлопоты по службе, занятия и ученья были его причиною. Я и к покойнику писал только 1 раз в месяц, а иногда и реже. Да могу ль забыть я Вас?
С этою же почтою я отвечаю брату и пишу в деревню. Там не знают моего адреса.
Подивитесь предчувствию души моей. В ночь на 8-е июня я видел во сне покойного папеньку. Вижу, что будто он сидит за письменным столиком и весь как лунь седой; ни одного волоса черного; я долго смотрел на него, и мне стало так грустно, так грустно, что я заплакал; потом я подошел к нему и поцеловал его в плечо, не быв им замеченным, и проснулся. Я тогда же подумал, что это не к добру, и немало беспокоился, не получая от папеньки ни письма, ни денег, в которых я теперь крайне нуждаюсь. У меня нет ни копейки, а я живу на своей квартире, держу свой собственный стол, и притом должен заплатить учителю за взятые уроки из математики. Через год я непременно буду офицером. Если бы меня пустили, я сейчас бы поехал в отпуск: я думаю, деревни остались теперь совершенно без присмотра. Боже мой! боже мой, какою ужасною смертью умер папенька! два дня на поле... может быть, дождь, пыль ругались над бренными останками его; может быть, он звал нас в последние минуты, и мы не подошли к нему, чтобы смежить его очи. Чем он заслужил себе конец такой! Пусть же сыновние слезы утешат его в той жизни!
Прощайте, любезный дяденька и тетенька. Слезы мешают писать мне далее; почта отходит, а мне еще тьма дела.