Об ней: Это была не страсть, я не знаю, как полюбил ее, NB и по временам хмурясь и даже злобно.
Отцов и матерей, вовсе не идеалов, но изображающих собою нечто законченное, тут трогательное и патетическое, в основах -- есть нечто незыблемое. Порядок. Боже мой, да у нас в России всего важнее незыблемость и порядок. О -- ...он взял эпоху исправитель<ную>. Ныне он -- грусть, отчаяние. Разрушение крепостного порядка. Жажда порядка и благообразия. -- Взгляни на семинариста. -- Тут нет предания, тут нет веры в формы. Но всё же прирастали. А тебя -- обратно <?> прирастают. Не [откуда] с неба же свалились отцы.
Шевченки. У них нет преданий. До сих пор они прирастали. Но вот теперь, пожалуй, вследствие -- крепост<ное> состо<яние> обречено, они расшатались.
Но и они -- в народ.
...Милый мой, я часто воображал тебя -- преувеличение, неловкость, решимость. О, эти уединенные <?>. Я боялся за тебя.
-- О, я пойду за вами!
И душа еще детская, уже искала себе места и порядка. Это искание бывает с страстной тоской. О, конечно, иные прирастали рабски, но другие с завистью и с озлоблением. Еще недавно они были почти незаметны, хотя их было довольно.
Это была тоска русского дворянина. Je suis gentilhomme avant tout. Об нем. Дворянская тоска. -- Крепост<ных> мы освобождали, -- просто тоска, нас 1000 человек. Из 1000 единственный Чацкий остался. 2) И что же в Европе? -- В Европе я прощался с порядком. Вверху листа заметки для памяти.
NB Справки в "От<ечественных> записках".
NB Справки в книгах о Ростовых и проч.