"Что, например, скажете вы об этих высокоумных фразах?" -- спрашивает любопытная "Пчела" и делает всё из той же статьи об "Учителе" следующую выписку:
""Мне кажется, что главная задача чтения -- читать машинально; иначе всю жизнь придется читать по складам. И правильно писать нужна научиться именно машинально, чтобы сама рука писала без ошибок, иначе никогда правильно писать не будешь (что за логика)! Так же точно нужно научиться всегда хорошо и честно поступать машинально, то есть в силу привычки, а не соображения (?): думать во время действия поздно; нужно раньше (отлично!). Все искусства состоят в этом (будто?), и только при таком навыке возможны самоуверенность и спокойствие, которые сделают возможным и размышление в решительные минуты. Но, виноват, я увлекся..." Действительно уж чересчур увлеклись", -- продолжав* "Пчела"...
Следует маленькое, но весьма рутинное глумленьице. Кстати: все места, напечатанные курсивом, подчеркнуты "Пчелой". Она же и снабдила их обычными и уже порядочно устарелыми восклицаниями в скобках.
А ведь напрасно поглумилась "Пчела". Ведь ей сейчас стыдно будет за своего сотрудника, который, оборвавшись на противоречиях, сейчас оборвется и на этой выписке.
Ведь в самом деле конечная цель учения чтению и письму состоит в том, чтоб дойти до того предела, когда начнешь читать и писать машинально. Неужели и это нужно объяснять? Ведь, право, некоторые вещи объяснять даже совестно. Как вы станете объяснять, что дважды два -- четыре и тому подобные истины? Но делать нечего: вы требуете -- извольте. Будем объяснять и это.
Когда вы еще нетверды в чтении, вы читаете по складам: ваш глаз не обнимает еще всего слова, всей фразы. Ведь, например, мы с вами, достойный сотрудник "Пчелы", мы читаем машинально. Мы с вами начали читать машинально с тех самых пор, как стали находить удовольствие в чтении разных книжек. Мы уже не споткнемся с вами не только на слове, но даже и на целой фразе. Это случается только с детьми да с каким-нибудь сельским грамотеем, которому еще не совсем далась грамота и который еще не дошел до машинальности чтения. Мы же с вами, смеем уверить вас, читаем машинально. А вы этого еще не знали, не знали, что всю свою жизнь говорили прозой?
Насчет письма мы тоже с вами, достойный сотрудник, давно уже говорим прозой, то есть пишем машинально. Неужели и это еще пояснять прикажете? Когда мы печатали приведенный вами отрывок, мы думали, что говорим очень ясно. Правда, мы думали, что имеем дело с публикой, с обыкновенными читателями, которые понимают вещи так, как они передаются. Мы совсем и забыли, что нас будет читать не одна публика, и не приняли в расчет некоторых публицистов. Вперед будем осторожнее, будем пояснять всякую фразу, и если нам придется, например, где-нибудь выразить самую простую мысль, что "некоторые люди туги на понимание", то непременно объясним, как и почему, и по этому поводу коснемся устройства человеческого мозга, а главное, поясним, что иногда эта тугость понимания происходит не от устройства головы, а от нехотения понимать, от желания придраться во что бы то ни стало к смыслу или фразе, от взаимных отношений пишущего к критикующему. Одним словом, будем пояснять всё, чтоб только угодить вам.
Вот и теперь, позвольте вам объяснить, что мы с вами и пишем тоже машинально. Ведь мы с вами не думаем, когда пишем, где ставить букву ѣ, где е, где запятую, точку с запятой и т. п. Они ставятся у нас сами собою. Это значит, что мы с вами достигли известного мастерства в писанье, и что если б мы задумывались, например, над этими буквами и знаками, то мы были бы с вами еще только учениками. Но из этого еще вовсе не следует, что мы не должны и думать о том, что пишем". Иногда ведь и это бывает: зато и попадаешься впросак.
Точно так и в искусствах. Пьянист, например (настоящий пьянист, a не ученик), играет знакомый ему пассаж, вовсе не задумываясь над теми нотами, которые перебираются его пальцами. Живописец, кладя краски, вовсе не думает, как повернуть ему кисть или дернуть рукой, чтоб вышел эффектный, лихой мазок. Он у него выходит машинально. Скульптор, актер, изучивший роль свою, сильфида, порхающая на сцене, поступают точно так же, то есть машинально, если они достигли известного мастерства.
Точно так же и честно поступать мы должны приучиться машинально, инстинктивно. Тут, достойный сотрудник, вы сделали один вопросительный знак и поставили в скобках два словечка: будто? отлично! Очень жаль, что вы этого не поняли и что это показалось вам греческим языком, тарабарской грамотой.