Примечание к письму А. Шаликовой (как и следующее -- к письму Щедритского) написано в характерном для Ф. М. Достоевского стиле, что и позволяет считать его автором обоих примечаний.
<ПРИМЕЧАНИЕ К ПИСЬМУ И. А. ЩЕДРИТСКОГО ПО ПОВОДУ СТАТЬИ "ПЕВЕЦ КУБРЫ">
Автограф неизвестен.
Впервые напечатано: Вр, 1862, No 11, отд. II, стр. 155, с подписью: Ред. (ценз. разр. --12 ноября 1862 г.).
В собрание сочинений впервые включено в издании: 1926, т. XIII, стр. 575.
Печатается по тексту первой публикации.
Об авторстве примечания см. предыдущий комментарий.
Письмо И. А. Щедритского (1792--1869), профессора российской истории и географии и статистики Московского университета (до 1847 г.), третьестепенного поэта, печатавшегося в основном в "Сыне отечества", автора нескольких статей на различные темы, опубликованных в "Вестнике Европы" (1828--1832), адресовано княгине А. Шаликовой и приложено ею к своему письму к редактору "Времени" со следующими сопроводительными словами: "Прилагаю при этом письмо, писанное ко мне Из. Ал. Щедритским, которое и прошу вас, г-н редактор, поместить в конце моей статьи, если вы желаете показать беспристрастие в этом деле" (Вр, 1862, No 11, отд. II, стр. 155).
И. А. Щедритский был выведен Е. Я. Колбасиным в статье "Певец Кубры", как один из самых неумеренных и корыстных апологетов поэта Д. И. Хвостова. Колбаспн процитировал несколько весьма выразительных мест из писем Щедритского к Хвостову, выделив "знаменитую фразу" Щедритского: "вы бессмертный писатель, гражданин веков и всех народов" и другие "до наглости льстивые слова" (Вр, 1862, No 6, отд. I, стр. 162--163). Колбасин убедительно вскрыл подоплеку "возвышенных и пламенных слов" Щедритского, приведя такую слишком ясную его просьбу в письме к благодетелю: "Сестра моя недавно писала просьбу к министру просвещения о исходатайствовании ей у государя-императора пенсиона покойного родителя нашего, по причине совершенно безденежного состояния ее. Ваше сиятельство, как друг человечества, примите участие в сем благом деле и покажите средства к успешнейшему его окончанию. Вам, без сомнения, известно состояние наше. Равным образом и мое дело все еще покоится на столе в Петербурге, а мы нетерпеливо ждем прибытия его в древнюю столицу" (там же, стр. 163). Подобного рода факты, следующие из писем Щедритского и Шаликова, и позволили Колбасину утверждать: "Щедритский, с своей стороны, не отставал от Шаликова; у них происходило даже соревнование, кто возьмет перевес над сенатором-поэтом" (там же, стр. 160).
В письме к А. Шаликовой по поводу сильно задевшей его лично статьи "Певец Кубры" Щедритский не опровергает подлинности приведенных Колбасиным писем, выражая лишь некоторое сомнение в точности цитат: "...нахожу, сколько могу припомнить, что действительно были писаны мною письма к гр. Хвостову, но в тех же самых выражениях и всё ли писал то, что напечатано, -- не помню. Вероятно также, что я упомянул в письме и о сестре своей..." (Вр, 1862, No 11, отд. II, стр. 155). Не в силах опровергнуть факты, Щедритский обрушивается с самой неумеренной бранью на автора статьи и публикатора писем.