-- По-моему, это решительно все равно, -- крикнул Энслей. -- Мистер Маузер и мистер Норденфельдт [т. е. ружья, изобретенные ими] -- вот кто спасет нас, с их помощью никакой предводитель не может ошибиться. Говорю вам, их просто растолкают и пройдут между ними. Итак, профессор, давайте ваш бочонок с икрой.
Но его убеждения не подействовали на старого ученого.
-- Мы оставим его на ужин, -- сказал он.
-- В сущности, -- сказал мистер Паттерсон медленно, с отчетливой шотландской интонацией, -- с нашей стороны будет вежливо, если мы угостим чем-нибудь вкусным наших гостей -- офицеров подкрепления. Я соглашаюсь с мнением профессора сохранить икру на ужин.
Этот аргумент подействовал на чувство гостеприимства осажденных. В мысли оставить лакомый кусочек для удовольствия спасителей было нечто приятно рыцарственное. Разговор об икре не возобновлялся.
-- Между прочим, профессор, -- сказал мистер Паттерсон. -- Я только сегодня узнал, что вы во второй раз сидите в осаде. Я уверен, что всем здесь было бы интересно услышать некоторые подробности о том, что вам пришлось испытать.
Лицо старика приняло угрюмое выражение.
-- Я был в Сунг-тонге, в южном Китае, в 89 году, -- сказал он.
-- Какое странное совпадение, что вам пришлось быть два раза в таком опасном положении, -- сказал миссионер. -- Расскажите, как вы были спасены в Сунг-тонге.
Тень, лежавшая на усталом лице, стала еще заметнее.