-- Перомъ, сэръ.
-- Что же, онъ написалъ телеграмму на одномъ изъ этихъ телеграфныхъ бланковъ, которые я вижу на столѣ?
-- Точно такъ, сэръ; онъ написалъ на верхнемъ бланкѣ.
Гольмсъ всталъ, взялъ всю стопку бланковъ и, подойдя къ окну, сталъ внимательно ихъ разсматривать.
-- Какая жалость, Ватсонъ, что онъ не писалъ карандашомъ,-- сказалъ онъ, швыряя бланки на старое мѣсто:-- какъ вамъ это, безъ сомнѣнія, извѣстно, карандашъ оставляетъ всегда отпечатокъ на нижнемъ бланкѣ. Это обстоятельство разстроило не одно счастливое супружество. Здѣсь же я не вижу никакихъ слѣдовъ. Однако, позвольте, я вижу, что онъ писалъ перомъ, съ тупымъ концомъ! Несомнѣнно, онъ долженъ былъ высушить телеграмму. Надо поискать отпечатокъ на промокательной бумагѣ, покрывающей столъ. Ну, такъ и есть! вотъ онъ отпечатокъ!
Гольмсъ оторвалъ кусокъ промокательной бумаги и показалъ намъ ряда, какихъ-то іероглифовъ. Кириллъ Овертонъ заволновался.
-- Надо поднести эту бумажку къ зеркалу! воскликнулъ онъ.
-- Этого не нужно, сказалъ Гольмсъ:-- бумага тонкая, и слова отпечатались на обратной сторонѣ. Смотрите!
Онъ повернулъ бумажку и мы прочли:
Помогите намъ, ради Бога.