-- Можно посовѣтовать одно,-- сказалъ онъ, наконецъ,-- хотя и то рискованно. Лѣса безопаснѣе рѣки, потому что въ тростникахъ всюду попрятаны челноки. Въ пяти миляхъ отсюда находится укрѣпленіе Нуату, а отъ него за пятнадцать миль -- укрѣпленіе Овернь. Завтра пойдемъ въ Пуату лѣсомъ и посмотримъ, все ли тамъ благополучно. Я пойду съ вами и даю вамъ слово, что, если Ирокезы тамъ, то я ужъ узнаю. Барыню мы оставимъ тутъ, и если все найдемъ въ порядкѣ, то воротимся за ней. Такимъ же образомъ пройдемъ и въ Овернь, и тамъ нужно будетъ подождать, пока услышимъ, гдѣ ихъ военные отряды. Но я такъ думаю, что ждать придется не очень долго.
-- Какъ? Вы хотите разлучить насъ?-- вскрикнула пораженная Адель.
-- Такъ будетъ лучше, сестра моя,-- сказала Онега,-- ласково обхвативъ ее рукою.-- Ты не знаешь опасности, а мы знаемъ и недопустимъ, чтобы наша Бѣлая Лилія подверглась ей. Ты останешься здѣсь и будешь радовать насъ; а тѣмъ временемъ, великій вождь дю-Лютъ и твой мужъ, французскій солдатъ, и старый воинъ, который кажется такимъ мудрымъ, и другой вождь, быстрый, какъ дикая серна, сходятъ въ лѣсъ я посмотрятъ, можно ли тебѣ идти.
Такъ было рѣшено, и Адель, несмотря на ея возраженія, была оставлена на понеченіи г-жи де-Сент-Мари, между тѣмъ какъ де-Катина поклялся, что безъ малѣйшаго промедленія вернется за нею изъ Пуату. Старый дворянинъ съ сыномъ охотно присоединились бы къ уходившимъ, но на нихъ лежала отвѣтственность за цѣлость собственной усадьбы и всѣхъ, кто отъ нея зазависѣлъ; да и въ лѣсу небольшому отряду грозила меньшая опасность, чѣмъ болѣе многочисленному. Помѣщикъ снабдилъ ихъ письмомъ къ де-Ланну, коменданту укрѣпленія Нуату, и на ранней зарѣ четверо развѣдчиковъ, какъ тѣни, выскользнули изъ-за палисады, сопровождаемые тихо произнесенными добрыми пожеланіями сторожа, и моментально пропали во мракѣ обширнаго лѣса.
Отъ Ла-Ну до Пуату по рѣкѣ было пятнадцать миль; но сухимъ путемъ, гдѣ приходилось брести черезъ рѣчки, обходить обросшія тростникомъ озера и отыскивать путь между топями, надъ которыми дикій рисъ поднимался выше роста человѣка и ольховникъ смыкался непроходимыми чащами, разстояніе надо было считать вдвойнѣ. Они шли гуськомъ,-- дю-Лютъ впереди, быстрымъ, беззвучнымъ шагомъ дикаго звѣря, наклоняясь впередъ, держа наготовѣ ружье и быстро водя по сторонамъ своими зоркими темными глазами, замѣчая все отъ малѣйшей отмѣтины на землѣ или деревѣ до движенія животнаго или птицы въ кустахъ. За нимъ шелъ де-Катина, затѣмъ Ефраимъ Саваджъ, затѣмъ, Амосъ, всѣ насторожѣ, съ ружьями наготовѣ. Къ полудню они прошли болѣе половины дороги и сдѣлали привалъ въ чащѣ, ради скудной трапезы изъ хлѣба и сыра, такъ какъ дю-Лютъ не позволилъ зажечь огня.
-- Они еще не дошли сюда,-- прошепталъ онъ. -- И однако я увѣренъ, что они уже переплыли рѣку. Ахъ, губернаторъ де-Лабаръ не зналъ, что дѣлаетъ, когда раздражилъ этихъ людей; а этотъ добрый драгунъ, котораго намъ послалъ король, знаетъ еще меньше.
-- Я видѣлъ ихъ въ мирное время,-- замѣтилъ Амосъ.-- Я торговалъ съ Онондагами и въ землѣ Ceнековъ. Я знаю ихъ за прекрасныхъ охотниковъ и мужественныхъ людей.
-- Они -- превосходные охотники, только дичь, за которой они лучше всего охотятся, это -- люди. Я самъ водилъ ихъ скальпировальные отряды, я сражался противъ нихъ и скажу вамъ, что если пріѣзжаетъ полководецъ изъ Франціи, который едва-едва знаетъ, что въ битвѣ надо стоять спиною къ солнцу, то такой немногаго отъ нихъ добьется. Толкуютъ о томъ, чтобы сжечь ихъ села! Это такъ-же умно, какъ, разоривши осиное гнѣздо, воображать, что истреблены всѣ осы. Вы изъ Новой Англіи, сударь?
-- Мой товарищъ изъ Новой Англіи, а самъ я изъ Нью-Іорка.
-- Ахъ, да. Я долженъ былъ догадаться по вашей походкѣ и глазамъ, что вы въ лѣсу, точно дома. Въ Новой Англіи люди плаваютъ по водамъ и больше любятъ бить треску, нежели оленей. Межетъ быть, поэтому и лица ихъ такъ печальны. Я самъ былъ на океанѣ и помню, что мое лицо тоже было печально. Однако, вѣтра почти нѣтъ, и потому думаю, что безопасно закурить трубки. При хорошемъ вѣтрѣ, я видалъ, что зажжепная трубка можетъ привлечь отрядъ за двѣ мили; по деревья задерживаютъ запахъ, и носы у Ирокезовъ менѣе чувствительны, чѣмъ у Ciy и у Дакотовъ. Да поможетъ вамъ Богъ, сударь, если когда-нибудь у васъ будетъ война съ индѣйцами! Оно скверно для насъ, но было бы въ тысячу разъ хуже для васъ.