Злобное лицо Метиса совсѣмъ поблѣднѣло отъ этихъ презрительныхъ словъ плѣнницы. Онъ подошелъ къ ней и, схвативъ ее за руку, сунулъ ея указательный палецъ въ свою горящую трубку. Она не сдѣлала ни малѣйшаго усилія, чтобы освободиться, а продолжала сидѣть совершенно спокойно, глядя черезъ открытую дверь на заходъ солнца и на группы бесѣдующихъ индѣйцевъ. Онъ внимательно наблюдалъ за нею, въ надеждѣ услышать крикъ или подмѣтить судорогу боли на лицѣ; но, наконецъ, съ проклятіемъ выпустилъ ея руку и вышелъ изъ хижины. Она сунула за пазуху свой обугленный палецъ и засмѣялась.
-- Онъ никуда не годенъ! -- вскричала она. -- Онъ даже не умѣетъ мучить. Вотъ я такъ сумѣла бы заставить его кричать, ручаюсь! Но вы... что вы такъ блѣдны?
-- Я не могу видѣть такихъ ужасовъ! Ахъ, будь мы лицомъ къ лицу, я -- со шпагою, онъ -- съ какимъ угодно оружіемъ, клянусь, онъ заплатилъ бы за это кровью своего сердца!
Индіянка казалась удивленною.
-- Странно,-- сказала она,-- что вы думаете обо мнѣ, когда сами въ такомъ же положеніи. Вѣдь я угадала, какая судьба насъ ждетъ.
-- Ахъ!
-- Мы съ вами умремъ у столба, а ее отдадутъ тому псу, который только что ушелъ отсюда.
-- Адель! Адель! Что мнѣ дѣлать?! -- въ отчаяніи отъ своей безпомощности, онъ началъ рвать на себѣ волосы.
-- Нѣтъ, нѣтъ, Амори, я не побоюсь. Что значитъ смерть, если она соединитъ насъ навѣки!
-- Молодой вождь заступался за васъ: онъ говорилъ, что Великій Духъ поразилъ васъ безуміемъ, что вы поэтому и подплыли къ ихъ лодкѣ, и что гнѣвъ Божій грозитъ племени, которое привяжетъ васъ къ столбу. Но этотъ Метисъ сказалъ, что любовь часто нападаетъ на блѣднолицыхъ подобно безумію, и что любовь заставила васъ сдѣлать это. Тогда рѣшили, что вы. умрете, а ее онъ возьметъ къ себѣ въ вигвамъ, такъ какъ онъ былъ во главѣ отряда. Ко мнѣ же ихъ сердца жестоки, и меня казнятъ сосновыми лучинками.