-- Я готов поклясться, что расслышал чей-то голос.
-- Невозможно. Мы все в сборе.
-- Значит, это послышалось мне.
Капитан Эфраим прошел к упирающемуся в море краю пещеры и обвел глазами океан. Ветер совершенно стих, и море тянулось на запад, гладкое и пустынное. Только вблизи того места, где затонул "Золотой Жезл", виднелся какой-то длинный брус.
-- Мы, должны быть, находимся на пути каких-нибудь кораблей, -- задумчиво проговорил капитан. -- Тут могут быть охотники за треской и сельдями. Впрочем, пожалуй, здесь слишком южно для них. Но мы милях в двухстах от "Королевского порта" в Аркадии, как раз на линии, по которой идет торговля из Бухты св. Лаврентия. Будь у меня три горные сосны. Амос, да сотня аршки крепкой парусины, я взобрался бы на верхушку этой штуки и закатил бы такие мачты с парусами, что мы с льдиной внеслись бы прямо в Бостонский залив. Там я, разломав остатки горы, продал бы, да еще и нажил бы кое-что. Она -- тяжелая, старая посудина, а все же если бы подогнать ее ураганом, могла бы сделать в час узел-другой. Но что это с тобой, Амос?
Молодой охотник стоял нагнув голову и смотря вбок с видом человека, напряженно прислушивающегося к чему-то. Он только что хотел ответить, как Де Катина вскрикнул, указывая в глубину пещеры.
-- Посмотрите на трещину.
Она стала шире еще на фут с тех пор, как ее осматривали, и являлась уже не трещиной, а целой расселиной или проходом.
-- Пройдем туда, -- предложил капитан.
-- Да ведь только и будет, что выйдем на другую сторону горы.