-- Что же вы предполагаете въ такомъ случаѣ?
-- Я предполагаю, что пили только изъ двухъ стакановъ и что остатки вина, въ нихъ содержащіеся, были слиты въ третій! Зачѣмъ? а затѣмъ, чтобы заставить повѣрить, что вино пили трое людей. Вотъ по этому-то случаю винные осадки оказались только въ одномъ стаканѣ. Вы понимаете меня? Я, по крайней мѣрѣ, убѣжденъ, что это такъ. Но если я правильно объяснилъ этотъ маленькій фактикъ, то этимъ самымъ общая картина совершенно измѣняется. Заурядная исторія превращается въ замѣчательное дѣло. Оказывается, что лэди Бракенстолль и ея камеристка умышленно лгали въ своихъ показаніяхъ. Мы не должны вѣрить ни одному слову этихъ женщинъ. У нихъ есть, очевидно, серьезныя причины скрывать настоящаго преступника. Мы должны производить наше слѣдствіе безъ ихъ помощи. Вотъ какая миссія предстоять намъ, Ватсонъ; а теперь поѣдемъ, поѣздъ подходить.
Наше возвращеніе удивило всѣхъ въ аббатствѣ. Стенли Гопкинсъ былъ въ отъѣздѣ. Онъ отправился съ докладомъ въ Скотландъ-Ярдъ. Гольмсъ отправился въ столовую, заперся изнутри и предался трудолюбивому и самому тщательному изслѣдованію. Работалъ онъ два часа. Это было одно изъ тѣхъ изслѣдованій, на основаніи которыхъ Гольмсъ строилъ свои блестящія дедукціи, сидя въ углу столовой, какъ студентъ, слѣдящій за своимъ профессоромъ, я наблюдалъ каждый шагъ этого замѣчательнаго изслѣдованія.
Окно, занавѣси, коверъ, кресло, шнурокъ -- все было по очереди осмотрѣно и тщательно взвѣшено. Трупъ несчастнаго баронета уже унесли, но все остальное оставалось на мѣстахъ. Затѣмъ, къ моему великому удивленію, Гольмсъ вскарабкался на каминъ. Прямо, въ нѣсколькихъ дюймахъ надъ его головой, висѣлъ остатокъ краснаго шнурка прикрѣпленный къ проволокѣ. Нѣкоторое время онъ глядѣлъ на. этотъ обрывокъ, а потомъ, стараясь къ нему приблизиться, поставилъ колѣно на маленькій деревянный костыль, выходившій изъ стѣны. Его вытянутая рука оказалась тогда въ нѣсколькихъ дюймахъ отъ шнурка. Но теперь Гольмсъ глядѣлъ уже не на шнурокъ, а на деревянный костыль.
Спрыгнувъ, наконецъ, внизъ, Гольмсъ сказалъ:
-- Все обстоитъ благополучно, Ватсонъ. Мы закончили наше дѣло. Это одно изъ самыхъ замѣчательныхъ дѣлъ въ нашей коллекціи. Но, Боже мой, какимъ глупцомъ я былъ сегодня утромъ! Я чуть не совершилъ ошибки, которая могла окончательно скомпрометировать мою репутацію. Ну, а теперь... теперь надо собрать еще нѣсколько недостающихъ звеньевъ, и цѣпь будетъ полная.
-- Итакъ, вы открыли преступниковъ?
-- Не преступниковъ, Ватсонъ, а преступника. Только одинъ, но зато очень страшный человѣкъ. Силенъ, какъ левъ; объ этомъ мы можете судить по силѣ удара, отъ котораго согнулась кочерга. Ростомъ шесть футовъ три дюйма, энергиченъ, какъ бѣлка, и обладаетъ замѣчательный ловкостью въ пальцахъ. Кромѣ всего этого, онъ уменъ и сообразителенъ. Вся эта интересная исторія о разбойникахъ принадлежитъ ему, Да, Ватсонъ, это преступленіе -- дѣло рукъ очень замѣчательнаго человѣка. И знаете, что открыло мнѣ всю тайну? Этотъ вотъ самый красный шнурокъ.
-- Объясните мнѣ, пожалуйста, какъ вы до всего этого дошли?
-- Я вамъ это сейчасъ объясню. Предстаньте себѣ, Ватсонъ, что вы, стоя на полу, захотѣли бы оборвать вотъ этотъ шнурокъ? Гдѣ онъ, по вашему мнѣнію, оборвался? Конечно, въ томъ мѣстѣ, гдѣ онъ прикрѣпленъ къ проволокѣ. Но въ данномъ случаѣ, онъ оборвался на три дюйма ниже. Почему это случилось?