-- Какъ! вы мнѣ осмѣливаетесь дѣлать такія предложенія? Законы я знаю. Я знаю, что Мери будутъ судить какъ мою сообщницу. Неужели вы думаете, что я способенъ улизнуть и оставить ее одну расхлебывать эту кашу? Нѣтъ, сэръ, этого не будетъ! Я васъ буду простъ о другомъ, мистеръ Гольмсъ. Устройте такъ, чтобы отвѣтственность за это дѣло понесъ я одинъ,-- пусть меня хоть казнятъ. Только бы мою бѣдную Мери оставили въ покоѣ.
Гольмсъ второй разъ пожалъ руку гостя.
-- Я васъ испыталъ, капитанъ. Въ васъ ни капельки фальши нѣтъ... Ну, что же, я беру на себя нравственную отвѣтственность за случившееся. И, кромѣ того, я сдѣлалъ Гопкинсу намекъ. Если онъ имъ не воспользуется, такъ я тутъ ни при чемъ. Мы приведемъ ваше дѣло, капитанъ Крокеръ, по всѣмъ законнымъ формамъ. Вы -- подсудимый, а вы, Ватсонъ, будете исполнять должность присяжныхъ засѣдателей. Къ вамъ эта роль идетъ какъ нельзя болѣе. И буду судья. "Господа присяжные, вы слышали показаніе подсудимаго. Признаете ли ни его виновнымъ или невиновнымъ?"
-- Не виновенъ, милордъ,-- отвѣтилъ я.
-- Vox populi -- vox Dei, произнесъ Гольмсъ,-- вы оправданы, капитанъ Крокеръ; такъ какъ за вами другихъ прегрѣшеній нѣтъ, вы можете себя считать свободнымъ. Черезъ годъ вы вернетесь къ этой дамѣ, и пусть ваше и ея будущее оправдаетъ тотъ приговоръ, который мы съ Ватсономъ только сейчасъ произнесли.