И дело гордых разорится.
А полтораста голосов могучим, дружным хором ответили:
Бог вам помощник! Боритесь смело!
Храбро сражайтесь за правое дело.
В эту минуту я понял, почему спартанцы считали лучшим генералом хромого певца Тиртея; крестьяне, и без того готовые к борьбе, ещё более ободрились при звуках собственных голосов. Воинственные слова старого гимна разбудили в них окончательно воинственный дух. И этот пыл охватил их настолько сильно, что они не могли даже докончить гимна и пение перешло в громкий вызывающий клич. Люди махали оружием и рвались вперёд, готовые разрушить устроенную ими же самими преграду и броситься навстречу неприятелю.
А тем временем к баррикаде подъехал молодой драгунский офицер, красивый молодой человек с лицом оливкого цвета. Он остановил свою красивую саврасую лошадь и повелительно поднял вверх руку, приглашая всех умолкнуть. Когда тишина водворилась, он крикнул:
- Кто вожак этого сборища?
- Обращайтесь ко мне, сэр, - ответил Саксон, стоя на телеге, - но помните, что ваш белый флаг защищает вас до поры, пока вы будете вести себя, как подобает. Враги должны быть вежливы. Говорите же, что хотите, и уезжайте.
Офицер насмешливо улыбнулся и ответил:
- Вежливость и почтение не воздаются бунтовщикам, которые подняли оружие против своего законного государя. Раз вы - командир этой сволочи, то я вас предупреждаю о следующем: вся эта компания должна разойтись во все стороны не позже пяти минут... - Он вынул изящные золотые часы из кармана и промолвил: - Если эти люди не разойдутся в течение этого времени, мы их атакуем и перерубим всех до единого.