- Но милорд, они ещё ничего не сказали в свою защиту, - заикнулся адвокат.
Судья нисколько не смутился этим возражением и громко завопил:
- О, я могу узнать ложь прежде, чем она произнесена, прежде, чем вы успели придумать какую-нибудь гадость, мэстер Гельсторп, я узнаю её. Живее, живее! Суд не может терять драгоценного времени. Приступайте к защите или садитесь на место. Суд произнесёт приговор.
Адвокат, бледный, растерянный, трясясь как осиновый лист, начал свою речь:
- Эти люди, милорд, эти... одиннадцать человек...
- Скажите лучше "одиннадцать дьяволов, милорд", - прервал Джефрис.
- Это невинные крестьяне, милорд, - продолжал адвокат, - они боятся Бога и любят короля. В восстании они совсем не были замешаны. Их схватили и отдали под суд, милорд не потому, что на них пало подозрение, а просто потому, что они не могли удовлетворить алчных солдат, вымогавших у них деньги...
- Фу, какое бесстыдство! - загремел судья. - Фу, какое подлое бесстыдство, мэстер Гельсторп, вам мало того, что вам позволили обелять бунтовщиков. Вы ещё хотите опозорить королевскую армию. Боже мой, какая гадость! Говорите живее, мэстер Гельсторп, чем оправдываются эти негодяи?
- Они ссылаются на alibi, ваше сиятельство.
- Ага! Все мерзавцы любят доказывать alibi. Свидетели у них есть?