-- Но, дорогая и милая леди, как можете вы помешать мне; когда именно мысль о вас будет укреплять мою руку и поддерживать во мне бодрость духа.
-- Подумайте еще, мой благородный лорд, и не считайте себя связанным каким бы то ни было словом. Пусть воспоминание обо мне будет словно легкий ветерок, что обвевает наши лица и проносится мимо. Ваша душа жаждет почестей. Она всегда стремилась к ним. Есть ли в ней место и для любви и можно ли тому и другому занимать одинаково высокое место в одном сердце. Не вспоминаете ли вы, что Гаралд и другие великие рыцари старого времени устраняли из своей жизни женщин для того, чтобы отдать всю свою душу и силу на приобретение почестей и славы? Разве я не могу стать обузой для вас? Быть может, ваше сердце остановится перед какой-нибудь благородной задачей из боязни, что ее выполнение может быть рискованно и печально для меня? Подумайте хорошенько, прежде чем ответить, мой благородный лорд, так как мое сердце действительно разобьется, если из-за любви ко мне не исполнятся ваши высокие надежды и ожидания.
Найгель взглянул на нее сверкающими глазами. Вся ее душа отражалась на ее смуглом лице и придала ей красоту более величественную и редкую, чем красота ее пустой сестры. Он преклонился перед величием этой женщины и прижался губами к ее руке.
-- Вы похожи на путеводную звезду, которая ведет меня, -- сказал он. -- Наши души вместе стремятся к славе, и как можем мы задерживать друг друга, когда у нас общая цель?
Она покачала своей гордой головой.
-- Так кажется вам теперь, благородный лорд, но с годами может быть иное. Чем вы докажете, что я помощь, а не помеха вам?
-- Я докажу это моими делами, прекрасная и дорогая леди, -- сказал Найгель. -- Здесь, у алтаря св. Екатерины, в праздник св. Маргариты даю клятву, что в честь вас, прежде чем мы снова увидимся, я совершу три подвига в доказательство моей сильной любви. И эти три подвига должны убедить вас, что, как ни горяча моя любовь, мысль о вас не будет стоять между мной и подвигом.
Лицо ее вспыхнуло от любви и гордости.
-- Я также даю клятву, -- сказала она, -- и даю ее именем св. Екатерины, алтарь которой так близко к нам. Клянусь, что сохраню себя для вас до тех пор, пока вы не совершите этих трех подвигов и мы снова не встретимся с вами; если же -- упаси милосердый Христос -- вы погибнете при исполнении их, я поступлю в Шалфордский монастырь и не взгляну более в лицо мужчин. Дайте мне вашу руку, Найгель.
Она сняла с руки тонкий золотой браслет филигранной отделки, надела на его смуглую руку и громко прочла выгравированный на старофранцузском языке девиз: "Fais се que dois - adviegne que pourra -- c'est commande au chevalier" [Делай, что должно, а там будь что будет -- вот что заповедано рыцарю (фр.).]. Затем на одно мгновение они упали в объятия друг друга и между поцелуев любящий мужчина и нежная женщина дали клятву принадлежать друг другу. Но старый рыцарь нетерпеливо звал их снизу, и они поспешно сошли по извилистой тропинке к песчаному утесу, под которым их ждали лошади.