Леди Эрминтруда покачала своей старой головой и засмеялась.
-- У тебя великая душа твоего отца, Найгель, но нет его могучих широких плеч и длинных ног. Во всем большом королевском войске не было более высокого и сильного человека. Его вооружение не годилось бы для тебя. Нет, милый сын, советую тебе, когда придет время, продать этот разрушающийся дом и небольшое количество оставшихся нам акров и идти на войну в надежде, что своей собственной правой рукой будешь способствовать возникновению нового дома Лоринов.
Тень гнева промелькнула на свежем, молодом лице Найгеля.
-- Не знаю, долго ли нам удастся удерживать этих монахов и их поверенных. Как раз сегодня приходил какой-то человек с документами аббатства, относящимися еще к тому времени, когда был жив мой отец.
-- Где они, милый сын?
-- Они развеваются на кустах у поля, так как я пустил по ветру бумаги и пергаменты с быстротой соколиного полета.
-- Но ты с ума сошел, Найгель! А где этот человек?
-- Красный Сквайр и старый стрелок Джордж бросили его в Терслейское болото.
-- Увы! Боюсь, что в настоящее время нельзя проделывать подобных вещей, хотя мой муж или отец отослали бы негодяя обратно без ушей. Но церковь и закон слишком сильны для нас, людей благородной крови. Будет беда, Найгель, так как уэверлийский аббат не из тех, которые не прикроют щитом слуг церкви.
-- Аббат не сделает нам зла. Это серый худой волк -- ключарь жаждет нашей земли. Пусть его делает самое худшее. Я не боюсь его.