-- Государь! -- проговорил он. -- Я -- Робер де Дюра из свиты перигорского кардинала. Вчера я доставил вам сведения о лагере англичан. Сегодня утром я снова был там и узнал, что они отсылают свои фургоны, государь, они собираются бежать к Бордо.
-- Я так и знал! -- крикнул герцог Орлеанский вне себя от бешенства. -- Пока мы тут толковали, они улизнули от нас. Я предупреждал вас!
-- Замолчите, Филипп, -- сердито сказал король, -- Вы видели это собственными глазами, сэр?
-- Собственными глазами, государь. Я приехал прямо из их лагеря.
Король Иоанн посмотрел на него суровым взглядом.
-- Не знаю, как вы можете согласовать ваши поступки с понятием о чести, -- сказал он, -- но нам ничего не остается, кроме как принять к сведению ваши известия. Не беспокойтесь, брат Филипп, я думаю, до ночи вы увидите столько англичан, что останетесь довольны. Хорошо было бы напасть на них, когда они будут переправляться вброд. Ну а теперь, благородные сэры, отправляйтесь поскорее к своим постам и исполняйте свой долг. Выезжайте вперед со знаменем, Жоффруа, а вы, Арнольд, ведите свои отряды. Бог и св. Денис да сохранят нас сегодня.
Принц Эдуард стоял на маленьком холме, на котором останавливался накануне Найгель. С ним были Чандос и высокий загорелый человек, Жан Гральи, начальник гасконского отряда. Все трое внимательно следили за отдаленными линиями французских войск.
Сзади них длинный ряд фургонов спускался к броду на реке Мюиссон.
У холма четверо рыцарей в полном вооружении, с поднятыми забралами, сидя на конях, вполголоса переговаривались между собой. Для всякого воина было достаточно взглянуть на их щиты, чтобы узнать фамилию каждого из них. То были знаменитые, опытные воины. Теперь они ожидали приказаний, так как все они командовали отдельными отрядами. Юноша налево -- смуглый, стройный, серьезный -- Уильям Монтэкьют, граф Солсбери, еле достигнувший двадцати восьми лет, был уже ветераном Кресси. О его репутации можно было судить по тому факту, что принц вручил ему команду над арьергардом -- почетный пост в отступающей армии. Он разговаривал с седым человеком выше среднего роста, с жесткими, львиными чертами лица и свирепыми светло-голубыми глазами, вспыхивавшими, когда он смотрел на далекого врага. То был знаменитый Роберт де Уффорд, граф Саффолк, принимавший участие во всей континентальной войне. Высокий молчаливый воин с серебряной звездой, сверкавшей на его одежде, -- Джон де Вер, граф Оксфордский,-- слушал болтовню Томаса Бошана, толстого, веселого, краснощекого вельможи и опытного воина, который, наклонясь вперед, похлопывал рукой в латной рукавице по закованному в сталь бедру приятеля. Они были старыми боевыми товарищами одного возраста, в расцвете сил, одинаково знаменитые и опытные воины. Такова была группа английских воинов, сидевших на конях в ожидании приказаний принца.
-- Как бы я желал, чтобы он попался в руки вам, -- сердито сказал принц, продолжая разговор с Чандосом, -- а может быть, и умнее было устроить, чтобы они подумали, что мы отступаем.