Лестрейд посмотрел вокруг себя.
-- Это пустой дом, и, видимо, человек знал, что его никто не потревожит в саду.
-- Да, но есть другой дом выше по улице, мимо которого он должен был пройти, направляясь к этому дому. Почему же он не разбил бюст там, так как, очевидно, что каждый пройденный им шаг увеличивал опасность встречи с кем-нибудь?
-- Отказываюсь угадывать, -- ответил Лестрейд.
Холмс указал на уличный фонарь над нашими головами.
-- Здесь он мог видеть то, что делает, а там нет. В этом вся причина.
-- Клянусь Юпитером, это верно! -- воскликнул сыщик. -- Теперь я вспомнил, что и бюст доктора Барнико был разбит недалеко от его красного фонаря. Ну-с, мистер Холмс, и к чему приводит нас этот факт?
-- К тому, чтобы запомнить его. Мы можем позднее напасть еще на что-нибудь, к чему он будет относиться. А теперь, Лестрейд, что вы намерены предпринять?
-- По-моему, самым практичным действием будет установить личность покойного. Это не представит затруднений. Когда мы узнаем, кто он такой и кто его товарищи, то мы сделаем большой шаг к тому, чтобы узнать, что он делал прошлой ночью, с кем он встретился, и кто убил его на пороге дома.
-- Несомненно. Между тем, это не совсем тот путь, по которому я бы подошел к делу. Но я не хочу никоим образом оказывать на вас давление. Будет лучше, если затем мы сравним свои выводы и дополним друг друга.