-- Не шумите, мистер Джибсон! Я считаю, что после завтрака даже самый небольшой спор вреден для здоровья. Послушайте меня и ступайте подышать утренним воздухом: это освежит ваши мысли и принесет вам пользу.
Я подивился, с каким самообладанием золотой король, сумел побороть себя: от самой сумасшедшей ярости он моментально перешел к ледяному спокойствию.
-- Да, мистер Холмс, я слишком поторопился истолковать в дурном смыслe ваши слова. Вы правы, проявляя такой интерес к фактам, каковы бы они ни были. Но я могу уверить, что мои отношения с мисс Денбар не имеют никакого касательства к этому делу.
-- Это должен решить я, не правда ли?
-- Возможно! Но вы согласитесь, мистер Xолмс, что мужчине, которому с места в карьер задают вопрос о характере его отношений с женщиной, весьма трудно подавить движение возмущения, если только дело идет о серьезном чувстве. У большинства людей есть в глубине души тайный уголок, кyда им неприятно пускать посторонних. И вот туда-то вы и ворвались так внезапно. Жребий брошен, тайный уголок открыт перед вами, производите какое угодно исследование. Что вы хотите знать?
-- Истину!
Золотой король умолк на мгновение, как будто приводя в порядок свои мысли. Его мрачное, с резкими чертами лицо сделалось еще более суровым и печальным.
-- Мне будет достаточно нескольких слов для объяснения, мистер Холмс! Я познакомился со своей женой в Бразилии, в те времена, когда искал там золото. Мария Пинзо, дочь чиновника в Минаосе, была очень красива. Я же обладал всем пылом юности. Натура богато одаренная, со страстным сердцем, исключительным и неумеренным, она не обладала равновесием, она совершенно не походила на других американок. Короче сказать, я ее полюбил и на ней женился. Этот роман продолжался несколько лет, но у нас с ней не было решительно ничего общего и любовь моя пошла на убыль. Я старался вытравить у нее всякое чувство ко мне, я доводил свою черствость к жене до жестокого обращения, рассчитывая, что, убивая ее любовь и превращая ее в ненависть, я оказываю ycлyгy обоим. Напрасный труд! Она продолжала обожать меня в рощах Англии так же, как обожала меня двадцать лет тому назад на берегах Амазонки. Мои caмыe скверные поступки ничуть не отражались на ее преданности. И вот как раз в это время, желая найти гувернантку для наших детей и сделав объявление, я увидел перед собою мисс Грэс Дэнбар. Быть может, вы видели eе портрет в газетах. Сознаюсь, что не мог жить под одной кровлей с этой женщиной, и не увлечься ею страстно. Вы порицаете меня, мистер Холмс?
В течение всей жизни мне нужно было только протянуть руку чтобы получить все то, чего я желал. И никогда еще я ничего так не желал, как любви этой женщины. И я ей это объявил.
-- В самом деле?