Профессор Чалленджер: И тогда бы вы наконец поверили?
Доктор Иллингворт (со смехом): Конечно!
В этот момент разыгралась сенсационная сцена, превзошедшая решительно все, что когда-либо происходило на ученых заседаниях. По знаку профессора наш сотрудник Е. Д. Мэлоун поднялся со своего места и направился в глубь ораторского отделения. Немного погодя он снова появился в сопровождении гиганта-негра. Оба они волочили квадратных размеров ящик. Ящик, по-видимому, был очень тяжел, так как они еле-еле дотащили его до кресла профессора. В зале царило гробовое молчание. Все напряженно наблюдали за тем, что происходило на платформе. Профессор Чалленджер отодвинул крышку ящика. Нагнувшись над ящиком, он несколько раз прищелкнул пальцами. Из нашей ложи мы слышали, как он ласково приговаривал: "Вылезай, миленок, вылезай, дорогой!" Мгновение спустя послышался скрипучий, сухой шум, и из ящика вылезло отвратительное невиданное чудовище, усевшееся на краю ящика. Даже неожиданное падение герцога Дерхемского в оркестр не отвлекло внимания окаменевшей публики от неслыханного зрелища. Морда чудища напоминала морду свирепейшего дракона, когда-либо рожденного самой неистовой фантазией средневекового ваятеля, в выражении маленьких красных, горящих, как уголья, глаз было что-то демоническое и отталкивающее. Его длинный изогнутый клюв был полуоткрыт и усеян двумя рядами острых белых зубов. Плечи были сутуловаты и покрыты чем-то вроде сложенной серой шали! Это был черт, как мы его представляли себе в детстве. Тут среди аудитории началась суматоха; кто-то вскрикнул, две дамы, сидевшие в первых рядах, упали в обморок. Некоторые из находившихся на трибуне отпрянули так, как будто намеревались последовать примеру своего председателя, слетевшего в оркестр.
С минуту можно было ожидать общей паники. Профессор Чалленджер поднял руку, желая успокоить аудиторию, но движение это испугало сидящее рядом с ним чудовище. (Внезапно оно расправило свое странное покрывало, оказавшееся парой громадных кожаных крыльев. Профессор хотел было удержать его за ноги, но опоздал. Оно успело уже подняться с края ящика и медленно полетело, сухо потрескивая своими десятифутовыми крыльями и распространяя вокруг отвратительный специфический запах. Вопли людей, сидевших на галерке, при виде этого летящего прямо на них страшного чудовища с горящими глазами и смертоносным клювом, усилились и довели зверя до сумасшествия. Все быстрее и быстрее кружилось чудовище, стукаясь крыльями о стены и массивные люстры.
-- Окно! Ради бога, прикройте окно! -- вопил профессор, прыгая по кафедре и ломая руки.
Но, увы! Его просьба опоздала. Спустя мгновение летучее существо, стучась на лету о стену, подобно гигантской бабочке, попавшей под колпак лампы, долетело до отверстия и, протолкав в него свое громадное уродливое туловище, исчезло! Профессор Чалленджер, закрыв руками лицо, в изнеможении упал в свое кресло, вся аудитория с облегчением вздохнула, радуясь тому, что опасность миновала.
Но затем.... О! Как найти слова для описания произошедшего. Симпатизировавшее с самого начала путешественникам большинство слилось в одну могучую волну со своими недавними противниками и, перескочив через рампу, хлынуло на трибуну. (Здорово, Мак, здорово!) Те из присутствующих, кто вначале заседания проявил оскорбительное недоверие, теперь старались загладить свою ошибку. Все встали, кричали, волновались, жестикулировали. Вокруг четырех исследователей образовалась плотная толпа.
-- Качать! Качать! -- кричали сотни голосов. В одно мгновение четыре фигуры взлетели над толпой. Они
сопротивлялись напрасно. Даже если бы державшие и пожелали опустить их на землю, то это было бы невозможно, до того плотно окружила их толпа.
-- На Реджент-Стрит! На Реджент-Стрит! -- слышалось со всех сторон.