Оба профессора охотно провели бы здесь целый день в изучении особенностей этих пережитков доисторической эпохи. Они указывали друг другу на валявшиеся там и сям по скалам трупы птиц и дохлой рыбы, служившие, очевидно, пищею для птеродактилей. Они радовались, как дети, что им наконец удалось выяснить причины скопления столь большого количества костей так называемого летучего дракона на сравнительно небольших пространствах в скалистых местностях, встречаемых около Кембриджа. Причиной тому, как теперь выяснилось, являлся обычай птеродактилей селиться, подобно пингвинам, целыми стаями.
В пылу спора с Семмерли по поводу какой-то особенности находившихся перед нами чудовищ, Чалленджер чуть было не погубил нас всех, высунув за утес свою голову. В одно мгновение ближайший к нам самец, издав пронзительный, свистящий звук, расправил свои могучие двадцатифутовые крылья и поднялся ввысь. Самки и детеныши сбились тотчас в кучу, в то время как стоявшие на страже самцы один за другим взлетали ввысь. Трудно передать те ощущения, которые мы переживали, глядя на сонм отвратительных гадов, реющих взад и вперед над самыми нашими головами подобно ласточкам. Вскоре, однако, мы убедились, что время терять нам нечего. Вначале чудовища летали на довольно значительной высоте, образуя круг над нашими головами, точно желая ознакомиться со степенью угрожающей им опасности. Постепенно, однако, полет их становился все медленнее, круг все больше и больше суживался, пока, наконец, они не стали пролетать совсем близко от нас, оглушая нас бряцающими взмахами своих могучих аспидно-серых крыльев, напоминавших шум гигантских пропеллеров на аэродроме.
-- Бежим к лесу! -- крикнул Рокстон, хватаясь за свое ружье. -- Держись вместе, они собираются напасть на нас!
Но в тот момент, когда мы только двинулись в отступление, круг настолько сузился, что ближайшие гады своими крыльями стали задевать наши головы. Мы принялись было дубасить их прикладами, но нам не удалось нанести им большого вреда, так как удары наши не достигали их тела.
Вдруг из плотной, черной завесы наших противников вытянулась длинная шея и страшный разинутый клюв ударил по нам. За первым ударом последовал другой, третий. Семмерли с воплем схватился за лоб, по которому струилась кровь. Я в свою очередь получил удар в шею и упал наземь, почти лишившись чувств от страха. Чалленджер тоже был свален с ног одним из чудовищ, я бросился его поднимать, но получил второй удар по шее, от которого прямо свалился на уважаемого профессора. В тот же момент я услышал звук выстрела и, приподнявшись, увидел одного из птеродактилей бьющимся на земле с подбитым крылом и разинутым отвратительным клювом. Тяжело храпя и стеная, чудовище смотрело на нас своими красными, налитыми кровью глазами; оно походило на дьявола с картин средневековья; остальных птеродактилей неожиданный выстрел заставил подняться выше, но они продолжали, однако, кружиться над нашими головами.
-- Ну, а теперь, -- закричал лорд Рокстон, -- спасайся кто может!
Мы помчались через кустарник, но у самой опушки леса наши гарпии снова настигли нас. Семмерли был свален с ног, но мы быстро подхватили его и бросились в самую чащу леса. Здесь мы были в безопасности, так как исполинским крыльям птеродактилей мешала развернуться густая листва. Потрепанные, пробирались мы по лесу назад к нашему лагерю и долго еще видели их летающими в поднебесье, откуда они продолжали следить за нами, испуская дикие вопли. В конце концов, они отказались от преследования и скрылись из наших глаз, когда мы уже достигли густого леса.
-- Весьма интересный и поучительный инцидент! -- оживленно говорил Чалленджер, промывая окровавленное колено в болотце, около которого мы остановились для отдыха. -- Нам с вами, Семмерли, удалось достаточно близко ознакомиться с привычками и нравами этих бешеных тварей.
Семмерли смывал в это время кровь со лба, тогда как я перевязывал раненую шею. У лорда Рокстона оказался оторванным рукав куртки, но зубы нападавшего животного только скользнули по его коже.
-- Следует отметить, -- продолжал Чалленджер, -- что нашему юному другу нанесена колотая рана, тогда как у лорда Рокстона разорван рукав; на мою же долю пришелся удар крылом по голове. Отсюда нам ясно все разнообразие их способов нападения.